Книга Проще, чем кажется, страница 60 – Юлия Устинова

Отказываться было неудобно. Мы с Максом взяли бутылку сухого, фруктов и шоколадки — больше у нас ничего подходящего случаю не оказалось, — и пошли в гости, где к нашему приходу, и правда, готовились.

Первым делом в баню отправили. Возражать никто не смел. Дядину баню мы завтра планировали топить, но помыться мне уже сегодня хотелось, а Максим, как про березовые веники услыхал, так вприпрыжку в соседскую баню побежал.

Я и не знала, что Макс такой заядлый банщик. А он, говорит, что и сам не знал. И на этот раз с меня десять потов сошло, прежде чем Потапов закончил свои банные процедуры.

По этой причине меня даже шатает, пока я валенки скидываю. А куртку, причем свою, Макс с меня сам снимает, поддерживая, чтобы я не рухнула.

— Ну как баня? — с лукавым видом Владимир разглядывает наши красные лица.

— Спасибо, отлично, — довольно рапортует Макс.

А я даже «му» сказать не в состоянии. Потапов меня так отшлепал. Ой, отхлопал. В смысле, с такой душой попарил веником, что ни одной силенки не осталось. Сейчас бы воды холодной глотнуть и упасть без задних ног. Однако нас за стол ухаживают.

— Можно воды? — прошу я, располагаясь слева от Максима на мягкий угловой диванчик.

— Да какая вода после бани, Машенька? — всплеснув руками, удивляется тетя Люда. — Сейчас чай горяченький сделаю.

— Да мне бы просто воды, — сухо сглатываю.

Не представляю, как сейчас еще что-то «горяченькое» пить.

— Компот надо было достать, Люд, — спохватывается Владимир.

— Ой, забыла! Лезь давай в подпол.

Скрутив половик, мужчина открывает святая-святых — люк в домашний погребок, спускается наполовину и достает трехлитровку вишневого компота. И вскоре перед нами появляется симпатичная лимонадница — диспенсер с краном, под который я первой кружку толкаю, умирая от жажды.

— Маша, давай кипяточком разбавлю! Ледяной компот! — предлагает Людмила. — После бани же, горло заболит.

— А-а, — отрицательно мычу, не в силах оторваться от этого божественного нектара — в меру кислого, в меру сладкого.

Максим тоже осушает свою кружку до дна. И я себе вторую наливаю.

— Не пей холодное, тебе говорят, — шикает на меня.

Я лишь глаза закатываю и снова опрокидываю в себя все до последней капли.

— В доме у вас тепло? — спрашивает Людмила.

Она стоит у плиты и усмиряет шумовкой всплывшие пузатые пельмени.

— Да, — синхронно с Максом отвечаем.

— А мы уже лет пятнадцать с газом, да, Володь?

— Да побольше, восемнадцать — поправляет тот, доставая из морозильной камеры бутылку водки.

— А печку, наверное, лет десять, как сломали, да? — снова обращается к нему жена.

— Ну где-то так, — кивает мужчина.

— До последнего не хотели убирать, а потом ремонт затеяли и сломали. Сначала непривычно было без печи, как будто в доме чего-то не хватает, а потом ничего, привыкли. С газом, конечно, жизнь, — сообщает тетя Люда, ловко перекладывая на широкое блюдо пельмени. — Потом дети выросли, нам с дедом ванную в доме сделали. Мы баню-то теперь топим редко: для детей с внуками, для гостей да по праздникам.

Я осматриваю симпатичную современную кухню — не чету той, из прошлого века, где я хозяйничаю последние три дня. В кирпичном доме тепло, даже жарко, сквозняком, как у нас, не тянет. Вместо печи — газовый котел. И все блага цивилизации есть, включая, санузел — что, лично я считаю, топом.