Книга Острые предметы, страница 101 – Юлия Устинова

Одежды на ней слишком много. Халат. Развязываю пояс, распахиваю и ощупываю. Ночнушка дальше. А под ней лифчик.

— Я так не могу, Саш, — руку мою на бедре тормозит, мешая задирать подол. — Миша же здесь… — напрягает ее, что малой в этой же комнате.

Хорошо, что темно, и Женя не видит, как я глаза закатываю.

Серьезно, милая? А как, по-твоему, семейные люди годами живут в однокомнатных? Все время в ванной, раком… Ну нет. Я так не хочу.

Во всяком случае, не сегодня. Обещал ведь, что в следующий раз все будет по-другому. Сам уже правда забыл, как оно бывает — по-другому. Но ради Женьки выложусь. Хочу, чтобы знала, как все должно было быть — в первый ее раз и просто в каждый.

— Не моги, я сам… всё… сделаю… — уламываю между поцелуями. — Мы тихо… Мы как… кролики, Жень, — шепчу, перепутав “мышек” с “кроликами”.

Женя прыскает. Сам угораю над тем, что спизданул, и глушу ее шуршащий смех губами. Целую так, чтобы поплыла уже и перестала зажиматься. Получается на три из пяти. Сорочку стянуть дает, даже руки вверх сама задирает, но на стадии избавления от лифчика оказывает сопротивление.

— Саша… — встрепенувшись, хватается за бретельку.

— Да, так меня зовут, — ухмыльнувшись, вторую на плечо спускаю. — Снимай его.

— Оставь, — крестом рук себя накрывает, держась за обе лямки, как фараон, блин, лежит.

Нет… Ну… Ладно. Вчера в ванной светло было. Она там стеснялась, все понятно. Сейчас-то что?

— Сними, Жень… — настойчиво дергаю лифчик между грудей, которые, сдохнуть готов, как хочу потрогать. — Чё за детсад?

— Ты не поймешь, — обижается.

— Потом расскажешь… Но мне нужны будут аргументы… А пока слишком мало информации… — снова целую.

Целую просто по максималке. После такого захода Женя уже сама должна меня оседлать и отодрать. Конечно, она этого не делает. Но лифчик снять дает.

— Саш… — сразу же накрывает себя руками, подрагивая подо мной.

— Хочу… — целую в руку и отвожу. То же самое проделываю со второй, и обе завожу наверх, чтобы сцепить запястья у нее над головой. — Я… просто… — двинувшись вниз, опускаю лицо, чувствуя исходящее от женского тела тепло. Нихрена толком не видно. Но на ощупь… — Твою же мать… — Сгребаю пятерней левую грудь и толкаюсь мордой между обеими. Пахнет от Женьки… Мля… Не надышаться. Сладкая, вкусная девочка с роскошными сиськами лежит по стойке смирно и часто дышит, пока я вожу лицом по ее грудям. Натурально трусь о них, как кот, нанюхавшийся меновазина. Где она все это прятала? Женя — законспирированная сексбомба. Подпольщица с охуенным телом… Блядь. — Это и правда все… пиздец, как… нелегально, Женьк… — делюсь своими ощущениями. — Никому не показывай… Только мне.

— У меня одна… больше другой, — доводит она до моего сведения виноватым тоном.

— О, да? — я привстаю, отпускаю ее руки и накрываю ладонями груди — они и мягкие, они и плотные. Крупные стоячие соски сами между пальцев просятся. Вытягиваю их смачно и снова мацаю сиськи. — Есть немного, — замечаю, что левая плохо помещается в ладонь.

— Это из-за кормления, — Женя снова пытается прикрыться. — Я не знала… И левой больше кормила.

Теперь до меня доходит, что ее так беспокоило.

Ползу вверх, наклоняюсь и целую Женю уже без всяких подкатов, отвожу от щеки ее волосы.

— Жень, тут нечего стесняться. У тебя они шикарные. Просто одна шикарнее другой.