Книга Танец драконов и ключей. Том 2, страница 137 – Юлия Григорова

— Постой… — выдавила из себя я.

— Что такое? — спокойно ответил он после очередного поцелуя почти в самой верхней части бедра. Переведя взгляд с уродского шрама на моём теле, Гилберт посмотрел на меня с нескрываемым желанием.

— Что будет дальше? — прямо спросила я.

— Дальше? — повторил он так, будто я отвлекла его от чего-то очень приятного. Медленно подняв руку, он положил ладонь мне на бедро.

— Да. — Я сглотнула, стараясь говорить спокойно, но голос предательски дрожал. — Что будет дальше? Завтра утром, послезавтра, через неделю… — Я запнулась, когда губы Гилберта снова опустились на самую верхнюю точку моего шрама и запечатлели там очередной поцелуй.

— Я не знаю, — неожиданно честно ответил он. — Я могу думать только о том, что происходит сейчас и здесь.

— Но это важно… — Вихрь мыслей в голове не помогал с поиском подходящих слов. Всё задуманное заранее уже было сказано, и в моих фантазиях в этот миг мы уже снова сливались в поцелуе. — Что будет потом… Вернёшься ли ты со мной в Веллум, если это станет возможным, и не сбежишь ли оттуда, как хотел прежде…

Пальцы Гилберта сдвинулись выше, ещё больше сбивая ход мыслей и заставляя сжать под собой одеяло.

— Ты снова пытаешься мной манипулировать, — устало проговорил он. — Мне кажется, я ясно дал понять, как отношусь к этому.

— Что? Нет…

— Да, Гвен, да. Хочешь сказать, что от ответа не будет зависеть, позволишь ли ты мне продолжить? — Он выпрямился и убрал от меня руки.

Его ладони легли по обе стороны от моих бёдер, а сам мужчина замер с прямой спиной. Облизнув губы, я поняла, что частично он прав, и виновато опустила взгляд на подол своей рубашки. Сейчас, после всего, он едва прикрывал интимные места.

— Но от твоего ответа правда зависит всё, — попыталась я объяснить ему и снова посмотрела в глаза Гилберта, казавшиеся чёрными в свете лампы. — Мне важно знать, что…

— Тсс, — снова прервал он. — Осторожнее со словами, ты можешь всё испортить, и в этом не будет моей вины. Если ты ждёшь обещаний, что я никуда не денусь и всегда буду рядом, то я их не дам. Я не знаю, что будет утром. Как и не знаю, куда мы полетим завтра, где проснёмся послезавтра и будем ли вместе через год, ведь к тому моменту один из нас уже может быть мёртв. Зато я знаю, что сейчас стою на коленях между твоих ног только потому, что ты сама их раздвинула и впустила меня в комнату. Всего час назад я не знал, что это случится, а ты? — Я молча помотала головой. — Ты не могла вчера обещать мне, что всё будет именно так, потому что не знала. И я не могу ничего сказать в ответ на твой вопрос и не собираюсь давать пустых обещаний. Но я точно знаю, что сейчас я жутко хочу поцеловать чуть выше, чем заканчивается твой шрам, — ладонь Гилберта скользнула по одеялу и коснулась ноги, — и зайти так далеко, как ты позволишь. Но во что именно это выльется, я не знаю. Ты никогда не угадаешь, что я сделаю после: уйду, разобью тебе сердце или навсегда останусь рядом. И я знаю, что тебе страшно. Ты боишься ошибиться, боишься открыться и довериться, но я не подтолкну тебя к верному решению, потому что его нет. Любой путь будет верным и твоим, но только если ты сама сделаешь выбор. Именно поэтому ты можешь не опасаться, что я не остановлюсь, услышав нет. Если прозвучит отказ, я приму его, как уже принял однажды. Но решающее слово только за тобой.