Книга Команда «мечты», страница 124 – Маргарита Блинова

Быстро вскочив, я обошла любимого мужчину, чтобы видеть его лицо, переплела наши пальцы и коснулась губами его плотно сжатых губ.

— Глош, – мягко позвала ревнивого собственника, – только ты.

Муж упрямо мотнул головой и шумно выдохнул.

— Нет, этого не может быть. Я последний из Вариэлей, последний из драконов. Этого просто не может быть.

Не слушая его «не может», «последний», я положила широкую мужскую ладонь к себе на живот, уткнулась в грудь любимого мужчины и улыбнулась.

— Их трое, – с нежностью, которой сама от себя не ожидала, призналась ему. – Срок еще совсем маленький, но я уже глянула их кровь. Две девчонки и мальчик. Дракон и парды-полукровки.

Глошад замер, а потом резко выдохнул и сжал в объятьях.

В тот вечер впервые за два года брака меня бережно несли в кровать и уже там снимали платье.

Следующие месяцы я сдавала экзамены, получала документы об окончании Академии (вместо факультета закрытых знаний там значился общий магический профиль) и морально готовилась к материнству. Основная загвоздка заключалась в том, что последние месяцы беременности парды предпочитали проводить в кошачьей форме, но маленький дракон не мог перевоплощаться в животную форму, как это делали его сестренки.

У драконов вообще как-то странно все было устроено. Они рождались обычными детьми и только к тринадцати годам учились оборачиваться. У пард роды проходили в животной ипостаси, поэтому на свет появлялись котята, как более жизнеспособная форма.

Для меня самым сложным оказались роды в человеческом теле, для Глошада – все девять месяцев ожидания. А сколько лекарей и магов он созвал в час «икс»! Спасло то, что мальчик шел в новый мир первым, и девчонок я могла родить уже в звериной ипостаси.

Кошачья сущность с утробным мурлыканьем взялась за вылизывание двух комочков, в то время как гордый отец баюкал на руках наследника.

Своей старой нянюшке Дезире Глошад подарил чудесный домик с садом, но, услышав слово «дети», старушка собрала вещи и перебралась к нам. Если бы не эта чудесная женщина, даже не знаю, как бы мы справились со своими родительскими обязанностями. С ее появлением в доме установился строгий распорядок, появилась вкусная еда и «время для мамочки», когда нянюшка забирала малышей и уходила из дома.

В такие моменты Глошад обычно сбегал с работы, подсаживался рядом и крепко обнимал, уткнувшись носом в волосы.

— Ты в моих снах, мыслях и сердце. И это навсегда.

— Бедненький! – искренне сочувствовала я, зная, как тяжело иной раз со мной о чем-нибудь договориться.

К двум годам девочки научились превращаться в людей, и нам пришлось покупать домик побольше. Глош зорко следил за своими чадушками, шалящими в детском городке, отчего другие родители предпочитали обходить наше семейство по кривой дуге. А что с ним было, когда наш маленький дракончик впервые полетел…

В защиту мужа могу сказать, что хуже его был только Итон-Бенедикт.

Бывшие аристократишки отказывались воспринимать бастарда новой властью Аристалии. Итону пришлось заключить политический брак с жутко именитой старой девой Каттисой де Катонской.

Друг друга супруги не любили, да и зачем Итону жена, если есть три любовницы и дела, дела, дела. В общем, посмотрев на это все, Каттиса быстренько забеременела и свалила к себе в имение, оставив ребенка отцу.