Книга Иридий. Про них шептался Космос, страница 114 – Маргарита Блинова

Дверь в камеру с шумом отъезжает, и на пороге появляется адмирал Блейз собственной персоной. Тремя широкими шагами он преодолевает разделяющее нас расстояние и стискивает меня в объятиях.

— Рад увидеть тебя снова, доченька.

Я неловко обнимаю его за талию.

— Адмирал Блейз! – окрикивает отца кто-то. – Можно стартовать?

Папа выпускает меня из кольца рук и оборачивается.

— Включить маскировку, двигатели на полную, – сухо командует он. – Я хочу быть в секторе меньше чем через десять минут.

Отдав нужные распоряжения, отец поворачивается и тянет меня за руку к выходу.

— Нам надо поторопиться, – сообщает он тихим голосом. – Я запросил сканирование того района, сделанное три дня назад. В секторе замечены четыре корабля повстанцев.

— Четыре? – удивленно восклицаю я.

С появлением «живого» пластика и разрастанием человеческих колоний космос перестал пустовать. Его бороздили исследовательские суда, корабли межзвездного флота, контрабандисты, коспиры и грузовые суда, которые порой непросто отличить друг от друга. Была развита и транспортная сеть, и туристическая, но такой дорогой отдых мог позволить себе не каждый.

Повстанцы появились где-то сотню лет назад. Себя они называли борцами за независимость и свободу, однако, по сути, были обычными пиратами. Повстанцы редко объединялись в группы из нескольких кораблей и с трудом находили общий язык, а тут целых четыре корабля!

— Я думаю, что в этот раз их кто-то ведет. Они организованны и не воспользовались возможностью разорить одно из частных судов.

Сбившись с шага, я останавливаюсь.

— Они охотились на военный корабль, – потрясенно заканчиваю я мысль отца. – Хотели угнать и воспользоваться разведывательным кораблем! Но как они могли узнать, где будет Тиван?

Отец хмурится и отводит взгляд.

— Единственный вариант – это утечка информации, – неохотно отвечает он и дергает головой. – Пошли, Оксик. Времени мало.

Ухватившись за сухую широкую ладонь отца, я торопливо иду следом. Преодолев коридор и добравшись до лифтовой площадки, мы поднимаемся наверх, где расположен командный центр, но, вопреки моим ожиданиям, отец не ведет меня по капитанскому мостику, а минует его и уверенным шагом движется к едва заметной боковой дверце.

— Ты все еще колешь себя той дрянью? – на ходу спрашивает он, и его рука чуть сильнее сжимает мою ладонь.

— Нет, – выпаливаю я, заходя следом за ним в небольшую комнатку, и, немного поколебавшись, признаюсь: – Вот уже три дня.

Адмирал Блейз недовольно качает головой.

— Мало, – строго говорит он. – Но у нас нет другого способа найти их.

Я прикусываю губу и оглядываю помещение.

Комната почти полностью пуста, за исключением большого прямоугольного контейнера, накрытого белой крышкой. Присмотревшись чуть внимательнее, я чувствую, как по спине ползут противные мурашки, и с удивлением поворачиваюсь к отцу.

— Флоатинг-камера?

— Да, дочь.

Зажмурившись, я обхватываю голову руками и старательно пытаюсь выровнять дыхание.

Флоатинг-камера, или камера сенсорной депривации, использовалась флотом как средство тренировки офицеров. Камера изолировала погруженного в него человека от всех ощущений и давала возможность испытать чувство невесомости.

Любого нормального человека погружали в раствор высокой плотности с температурой, равной температуре тела, но для Иридиев был придуман другой способ. Нас погружали в чистый иридий, чтобы усилить способности.