Книга Рыжая и кактус возмездия, страница 86 – Маргарита Блинова

Я непроизвольно отшатнулась, стараясь убраться подальше не то от пышущего гневом Тони, не то от правды.

— Знаешь, в чем твоя проблема, детка? Ты наивно полагаешь, что в мире есть плохие и хорошие. Все твои книжечки на протяжении многих лет кормили тебя этой ложью. Добрые и злые. Отважный герой в конце всегда побеждает негодяя и забирает свой приз. Но это не так. В этом мире нет хороших. В мире всегда были и есть только плохие.

— Неправда! — сжала я кулаки.

— Да неужели? — развеселился Тони. — Каким бы наивным существом ты ни была, но даже тебе попадались люди, не способные на добрые поступки. Добро есть не в каждом. Не каждый способен открыть его в себе. В отличие от зла. В каждом из нас есть темная сторона. В каждом. Разница лишь в том, моя наивная детка, что такие, как ты, видят в этом недостаток. И борются с ним. И проигрывают. А есть такие, как я, как Дэвид Хрон, как Алесандро Костиган, как твой несравненный Габриэль Блан.

Сердито сопя, мы буравили друг друга взглядом, мысленно настаивая каждый на своей правоте. А после затяжной минуты молчания Тони со вздохом положил свои руки на мои плечи и сжал.

— Фелисити, ты веришь, что закон одинаково применим к людям разного положения. И ты снова ошибаешься. Даже Рэй Комад, сколько свидетелей и улик ты ему ни дай, не одержит победу над Дэвидом Хроном. Только подобные способны карать подобных.

И тут до меня дошло все коварство и тонкость момента. Еще одна деталь головоломки встала на свое место, и винтики закружились в пользу правильного ответа.

Я подняла голову, встретилась с невыразительными глазами Тони и озвучила:

— Ты собираешься столкнуть лбами Дэвида Хрона и Алесандро Костигана.

Тони расплылся в широкой улыбке хозяина, чей мопс внезапно взял головокружительно высокий барьер на международных соревнованиях.

— Детка, да ты не безнадежна.

Это прозвучало как комплимент.

Да что я говорю! Это и было комплиментом. На все сто процентов. Да-да.

Вот только я не почувствовала в нем комплимента.

Скинула его руки со своих плеч и целеустремленно побежала вперед.

— Ну и зачем надо было недоговаривать и врать? — рычала все еще недовольная я, входя в гостиную, где нас уже ждала остальная часть команды. — Неужто так сложно побыть хоть немного честным?

— Побыть честным? — ахнула Мошенница.

— Честным? — Взломщик скривился, как от резкой зубной боли.

— Она сказала слово на «ч»? — захлопал ресницами Нерд.

— Детка, думай, что говоришь! Быть честным в этом мире — то же самое, что участвовать в забеге с полными ботинками стекла.

Не найдя поддержки, я психанула и ушла на кухню.

На фиг. Больше я не с ними. Кай спасен, а значит можно благодарить и выпроваживать эту банду.

В ужасе оглядела стол, заваленный чем попало, нашла глазами скальпель, парочку окровавленных зажимов, пакет с кровью и заорала:

— Алик! Какого хрена здесь делает капельница?

— Ничего не трогай!

Я зарычала.

Кажется, кое-кто напрочь позабыл, что находится в чужом доме.

Схватив со стола лопаточку, которая невесть как затерялась между склянками и проводами, я взяла сковороду и вознамерилась наградить себя хотя бы яичницей, но в кулинарном порыве случайно задела одну из булькающих пробирок Алика.

Прям чуть-чуть. Самый краешек!

«Бздынь», — тихо нажаловалась вредная посудина, и в дверях моментально нарисовался пыхтящий Нерд.