Книга Не драконьте лекарку, страница 98 – Маргарита Блинова

Храмовник рассмеялся уже в голос, таким искренним и теплым смехом, что обижаться и уж тем паче мстить разом расхотелось.

— Идите внутрь, госпожа Браун, — посоветовал Аларик, кивком головы указывая на показавшееся впереди крыльцо с воинственно взирающей на толпу теть Мурой. — Идите и тревожьтесь только о том, как быстро сможете принять всю эту толпу после того, как я закончу.

Что? Он же не хочет сказать, что все эти люди стоят здесь не для того, чтобы насладить интересным шоу, а ради нормального, вдумчивого осмотра специалистами?!

— Идите-идите, — мягко, но непреклонно поторопил отец Аларик, разворачивая меня в сторону входа, и все же не удержался от финального напутствия: — Идите и помните: вы всего лишь женщина, госпожа Браун. Из плоти, крови и заблуждений относительно собственного «я все могу».

Я громко хмыкнула и повернула к нему голову.

— А вы что же из тех, кто не верит в мое все могу?

— Нет, я-то как раз нет, — улыбнулся храмовник. — Просто знай, дочь моя, что слово «все» надо отдать Всеединому и оставить себе и так непосильное «я могу», чтобы не впадать в тоску, когда что-то не вышло.

Что же… Надо признать, что отец Аларик умел обращаться со словами, как в письменной, так и устной речи. Зажмурившись, я еще раз вспомнила малышку Зои и накрытого простыней деда Гришу. Поняла, что не могу взваливать на себя ошибки всех. Мне хватит и тяжести собственных.

Выдохнула и, пританцовывая от пробирающего до костей холода, целеустремленно пошла к крыльцу, где замерла теть Мура, с каждым шагом ускоряясь все сильнее, чтобы не опоздать.

— Теть Мура, здравствуйте! Что новенького?

Уборщица зыркнула в сторону толпы и совсем уж невежливо покосилась в сторону отца Аларика, окруженного мужчинами в коричневых рясах. И там не надо было быть пророком, чтобы понять, — теть Мура была кем угодно, но только не послушной прихожанкой храма. В особенности сегодня.

— Мы в осаде или как? — деловито уточнила она, с каким-то особым предвкушением перекидывая из руки в руку свою боевую швабру.

— Или как, — коротко выдохнула я, входя и увлекая воинственную уборщицу следом за собой в здание больницы. — Кто из наших на месте? Надо принять всю эту толпу и желательно за сегодня, пока искрометные речи отца Аларика не утратили своего влияния на почтенную публику, и та не вернулась на путь отрицания медицины.

— Норд в ординаторской прилег на часик после дежурства, — по-военному четко доложила женщина. — Ирма скандалит с моим внуком наверху. Абель…

Зверолюд выскочил из коридора в приемную с плиткой шоколада в одной лапе и чашкой кофе в другой.

— Ну где ты ходишь?! — воскликнул рыжий с такой обидой, словно позвал меня на свидание, а я опоздала приблизительно на сутки.

Сладкое так и осталось при нем, а вот мне была торжественно вручена чашка, после которой последовало напутственное: «Живо!» и понеслось…

Едва успев скинуть на Язвентия свою верхнюю одежду и накинуть на плечи белый халат, я побежала с лисом на второй этаж. Со слов Абеля, пациенты радовали (кроме дракона) и семимильными шагами шли на поправку (опять же за исключением этого бесючего дракона).

— Альтерия, после того, как ты ушла, он никого из нас к себе не подпускает. Даже Ирму! — возмущался Абель. — Вечером дошло до абсурда. Пока теть Мура отвлекала Сомова нотациями, мы с Нордом прокрались в палату, где спал господин Грант. Антибиотик вколоть еще успели, но потом он проснулся и… и… и…