Книга Многоточия. Дилогия, страница 144 – Кира Уайт

Замечаю, что он, намеренно или нет, ни разу не сказал о том, что будет со мной. Возможно, откладывает этот разговор на потом. Ловлю себя на мысли, что хочу услышать о том, что я все еще нужна ему. Но спросить об этом не решаюсь по двум причинам.

Первая. Мне неловко говорить на эту тему в присутствии Алистера.

Вторая. Я просто-напросто боюсь услышать нет.

Еще какое-то время идем дальше, делаем небольшой привал, чтобы попить. Расходовать воду приходится экономно. И если отсутствие еды особо не напрягает ни одного из нас, думаю, мы спокойно переживем несколько часов без нее, то передвигаться без воды под палящим солнцем малоприятное занятие.

— Стойте, — напряженным голосом говорит Нейт.

Тут же замираю, начиная озираться по сторонам.

— В чем дело? — не менее напряженно спрашивает Алистер.

Единственное слово, что говорит Нейт: "Мотор".

Прислушиваюсь, только секунд через тридцать услышав то, о чем он говорил. По дороге, оставшейся в сотне метров слева, едет какая-то тяжелая техника. Грузовик, не меньше. Нейт подталкивает меня к ближайшему кусту, не сговариваясь, ложимся, скрываясь, за ним. Оказываюсь зажатой между Нейтом и Алистером, но меня это не напрягает. Смотрим в сторону дороги, с такого ракурса, она просматривается прекрасно. Но плюс в том, что если нас не будут искать намеренно, то гарантированно не заметят.

Военный грузовик появляется в поле видимости примерно через минуту. И он не один. Перед ним и сразу следом идут два "Хамви". Выдыхаю с какой-то долей облегчения, когда понимаю, что вижу эти машины впервые, а значит, эти военные скорее всего просто направляются по своим делам и никак не связаны с Отто. Остается только дождаться, когда они проедут мимо, а затем продолжить путь.

Неожиданно и совершенно синхронно все три автомобиля сворачивают в сторону обочины и медленно тормозят. "Хамви", что ехал позади, объезжает грузовик и становится параллельно второму. Сердце подскакивает к горлу, призывая за собой тошноту. Почему они затормозили?

Быстро осматриваю окрестности. Поля, деревья, старая, почти полностью поросшая травой дорога, на ней несколько ржавых автомобилей, вернее — то, что от них осталось. Вдалеке какие-то развалины. Военным нечего тут делать, только если они не заметили нас. Кожа покрывается липким потом, и я ежусь от неприятных ощущений.

— Нейт… — шепчу, собираясь спросить, а не пора ли нам уносить отсюда ноги.

Но он не дает договорить, приказывая:

— Тихо!

Замираю, решив послушаться.

Дверца кабины грузовика открывается, оттуда показывается темноволосая женщина в белоснежном халате, а за ней девочка лет двенадцати, ее волосы самую малость светлее. На ней легкое белое платье, едва прикрывающее колени. Хмурю брови, переставая понимать, что вообще происходит.

Дверцы обоих "Хамви" остаются неподвижными. Пассажирки грузовика тем временем уверенно обходят огромную машину, направляясь к кузову. Женщина что-то говорит, девочка уверенно кивает на эти слова.

Ребенок останавливается метрах в трех от машины, тогда как взрослая спутница приближается к дверце, поворачивает ручку и быстрым шагом отходит, становясь рядом с девочкой.

Женщина достает из кармана какой-то предмет, с такого расстояния невозможно разглядеть что это — слишком маленький размер. Она встряхивает рукой, дверь тут же с силой распахивается. Расталкивая друг друга, наружу выбираются восемь мужчин. Удивленно пялюсь на них, борясь с желанием протереть глаза. Все они одеты в строгие деловые костюмы, что донельзя сюрреалистично в нашем времени. Девочка вскидывает вверх правую руку, и мужчины тут же замирают как завороженные.