Книга Машка Попова. Первый курс, страница 44 – Ирина Ульяненко

А это, как утверждала семья, было явлением редким, но чрезвычайно опасным для окружающих.

Конец пятой главы

Машка сидела на полу перед раскрытым шкафом и смотрела на его содержимое с видом следователя, которому досталось особо запутанное преступление. В шкафу имелось всё. Три пары джинсов, которые она принципиально не носила, потому что «попа в них какая-то не такая». Пять платьев, купленных на случай внезапного наступления красивой жизни. Семь футболок с дурацкими надписями. И одна юбка, в которую Машка обещала себе влезть ещё в десятом классе. Юбка за прошедшие годы сохранила размер. Машка — нет. — Так, — пробормотала она. — Нужно что-нибудь соблазнительное, но не вызывающее. Красивое, но не как на свадьбу. Удобное, но чтобы Волков от восторга подавился. Она вытащила чёрное платье, приложила к себе и посмотрела в зеркало. — Нет. В этом я похожа на вдову богатого пенсионера. Следом появилось красное. — А в этом — на причину его смерти. Третье платье было нежно-голубым. — О! Вот это ничего! Машка натянула его, повернулась перед зеркалом, расправила плечи и втянула живот. Красота! Правда, молния на спине застёгиваться категорически отказалась. Она подпрыгнула, потянулась, изогнулась так, что гимнастки олимпийской сборной могли бы отправляться на пенсию. Молния не сдавалась. — Ах ты ж вредина! Машка дёрнула сильнее. Раздался подозрительный треск. Она замерла, медленно повернулась к зеркалу. На спине красовалась дырка. — Ну прекрасно. Ещё один покойник. В дверь постучали. — Маш, можно? — раздался голос Андрея. — Нет! Дверь открылась. — Отлично, я зашёл. Брат оглядел комнату, сестру, разорванное платье. — Ого. У вас тут что, брачная ночь уже состоялась? — Андрей, выйди. — А почему платье разорвано? — Не выдержало моей красоты. — Или твоих попыток его застегнуть? Машка схватила тапок. Андрей успел захлопнуть дверь. Тапок ударился о косяк. — МАЗИЛА! — донеслось из коридора. — ИДИОТ! К пяти часам комната выглядела ещё хуже, чем утром. Машка перепробовала всё, включая старую школьную блузку и выпускное платье. Последнее оказалось слишком нарядным. — Я же не замуж выхожу, — пробормотала она. Задумалась. — Хотя если у Волкова отец богатый… И сама расхохоталась. Телефон завибрировал. Лера. — Машка! Ты где?! — закричала подруга вместо приветствия. — В шкафу. — В каком смысле?! — В прямом. Пытаюсь выбраться из текстильного ада. — Маш, ты вообще читала, что Кристина пишет?! — Нет. — Она уже всем рассказывает, что ты специально охотишься за Денисом! — Лер, я сегодня три часа охотилась за платьем. Денис на этом фоне лёгкая добыча. — Машка, я серьёзно! — И я. Два платья погибли, одно получило тяжёлые ранения. Ещё немного — придётся вызывать спасателей. — Ты меня слушаешь?! Машка вздохнула. — Слушаю. Что она ещё написала? Лера помолчала. — Что ты деревенская выскочка. Что у тебя нет денег. И что ты специально строишь из себя клоуна, чтобы привлечь внимание. Машка перестала улыбаться. — Ясно. — Маш… — А про поступление? — Тоже пишет. Что твои родители якобы кому-то заплатили. Машка медленно села на кровать. Вот это уже действительно злило. Не потому, что Кристина назвала её деревенской. Машка обожала деревню: там хотя бы можно было спокойно ходить по огороду в старой майке и не опасаться, что кто-нибудь оценит твой социальный статус.