Книга Машка Попова. Первый курс, страница 200 – Ирина Ульяненко

И объявила: — Меня пригласили выступить на учебном семинаре по патологической анатомии! Наступила тишина. Мама улыбнулась. Папа отложил газету. Андрей медленно поднялся. — Мелкая… — Что? — Это серьёзно? Она кивнула. — Да. Брат неожиданно подошёл. Обнял её. И тихо произнёс: — Молодец. Машка удивилась. Потом обняла его в ответ. — Спасибо. Он отстранился. Посмотрел на неё. И добавил: — Ну что, семейство Поповых выходит на новый уровень. Я уже выступал перед предпринимателями, теперь ты — перед учёными. Машка рассмеялась. — Ага. Потом задумалась. — Только у меня тема сложнее. Андрей возмутился: — ЭЙ! ТЫ МОЮ БУХГАЛТЕРИЮ НЕ ВИДЕЛА! После ужина брат пришёл к Машке с ноутбуком. Она сидела за столом. Перед ней лежал конспект. На экране были открыты учебные изображения, которые Беляев разрешил использовать для подготовки. Андрей остановился позади. Посмотрел. Помолчал. Потом осторожно спросил: — Мелкая… — Что? — Это что такое? Машка улыбнулась. — Гистологический препарат. Он прищурился. — А почему всё розовое? — Потому что ткань окрашена. — А почему там фиолетовые точки? — Это в основном окрашенные клеточные ядра. Андрей внимательно посмотрел. Потом задумчиво произнёс: — Красиво. Машка удивлённо повернулась. — Правда? Он кивнул. — Ага. Как какой-то космос. Она улыбнулась. — Мне тоже нравится. Андрей немного помолчал. Потом спросил: — А вот это тёмное что? Машка оживилась. — О! Вот здесь как раз артефакт. Срез сложился при подготовке. Брат задумался. — То есть выглядит страшно, а на самом деле просто неправильно положили? — Примерно. Он некоторое время смотрел на экран. Потом неожиданно рассмеялся. Машка насторожилась. — Андрей… — Что? — Ты чего? Брат медленно повернулся. И совершенно серьёзно произнёс: — Мелкая, а ведь у нас с тобой одна профессия. Она замерла. — ЧЕГО?! Андрей кивнул. — Ну смотри. Ты исследуешь ткани. — Ну? — А я ткани для футболок. Машка закрыла глаза. Тишина. Потом она медленно положила ручку. Посмотрела на брата. И неожиданно захохотала. Так сильно, что пришлось откинуться на спинку кресла. — АНДРЮША! Брат довольно улыбнулся. — Что?! — ТЫ НЕИСПРАВИМ! Он гордо кивнул. — Семейная черта. Но на этом Андрей не остановился. Он устроился рядом. Посмотрел на презентацию. И неожиданно спросил: — А тебе картинки красивые сделать? Машка задумалась. — Ты умеешь? Брат возмущённо выпрямился. — Мелкая! Я вообще-то дизайном занимаюсь! — Ты рисуешь котлет! — И булочек! Она рассмеялась. — Ладно. Покажи. Андрей открыл программу. Начал аккуратно располагать заголовки. Выбрал спокойный фон. Убрал лишние украшения. Сделал понятные подписи. Машка смотрела. И постепенно удивлялась. Потому что получалось действительно хорошо. Без котлет. Без булочек. Без огромных смеющихся рожиц. Просто аккуратная учебная презентация. Она неожиданно сказала: — Андрюш… — Что? — Красиво. Брат улыбнулся. — Спасибо. Машка задумалась. Потом осторожно добавила: — Только, пожалуйста, не вставляй Валентину Петровну. Он поднял глаза. И совершенно серьёзно ответил: — Маш, я же понимаю, где можно шутить, а где нет. Она посмотрела на него. Долго. Подозрительно. Потом кивнула. — Хорошо. И именно в этот момент брат добавил: — Но на последнем слайде маленькую булочку можно? — АНДРЕЙ!

Позже они всё-таки договорились. Презентация останется научной. Без коммерческих персонажей. Зато Андрей поможет сделать её красивой и понятной. А Машка проверит все подписи по учебным материалам вместе с Беляевым. Когда они закончили, брат неожиданно задержался возле двери. — Мелкая… Она повернулась. — Что? Он немного помолчал. Потом спросил: — Ты ведь правда счастлива, когда всем этим занимаешься? Машка посмотрела на ноутбук. На учебные изображения. На свою новую ручку. И улыбнулась. — Очень. Андрей кивнул. — Хорошо. Он уже собирался уходить, когда Машка неожиданно окликнула: — Андрюш! — Что? — А ты? Брат удивился. — Что я? — Ты счастлив, когда своим магазином занимаешься? Он задумался. Потом улыбнулся. — Кажется, да. Машка кивнула. — Тогда всё правильно. Они посмотрели друг на друга. И неожиданно рассмеялись. Потому что ещё год назад никто бы не поверил, что Андрей Попов будет добровольно заниматься бухгалтерией, а Машка — готовить научное выступление. Хотя с последним всё было немного проще. Она всегда любила медицину. Просто раньше никто не подозревал, что однажды ей понравится не только изучать болезни, но и рассказывать о них другим. Перед сном Машке позвонила Лера. На экране телефона сияло лицо подруги. — МАШКА! — ЧТО?! — НИКИТА СКАЗАЛ, ЧТО ПРИЕДЕТ ЧЕРЕЗ ДВЕ НЕДЕЛИ! Машка улыбнулась. — Правда?! — ДА! Лера была счастлива. Глаза сияли. Щёки раскраснелись. И даже волосы выглядели так, словно участвовали в празднике. — Представляешь, у них будет свободный выходной, и он хочет приехать! Машка рассмеялась. — Ну вот! А ты переживала. Лера кивнула. — Очень. Потом неожиданно спросила: — А у тебя как семинар? Машка выпрямилась. — Отлично! Меня пригласили сделать выступление. Лера завизжала. — МАШКА! КАК ЗДОРОВО! — Ага! — Я обязательно приду! — Только не опоздай. Лера возмутилась: — ЭЙ! ЭТО ТЫ У НАС СПЕЦИАЛИСТ ПО ОПОЗДАНИЯМ! Машка захохотала. — Справедливо. Когда разговор закончился, Машка ещё некоторое время сидела за столом. Потом открыла блокнот. Написала тему будущего выступления: «Морфологические артефакты: почему первое впечатление бывает обманчивым». Посмотрела. Улыбнулась. И вдруг вспомнила утренний разговор с Андреем. «Диагноз зависит от контекста». Она задумалась. А ведь именно это сегодня и объясняла Ольга Сергеевна. Нельзя судить по одной картинке. Нельзя торопиться. Нужно проверять. Сравнивать. И быть готовым признать собственную ошибку. Машка взяла ручку. И аккуратно дописала под заголовком: «Главное — не выглядеть умной, а действительно понимать». Потом закрыла блокнот. Выключила ноутбук. И легла. Но спать спокойно ей, разумеется, никто не позволил. Потому что в одиннадцать вечера в дверь постучал Андрей. Очень осторожно. Это было подозрительно. — Мелкая… Она приоткрыла глаз. — Что? Брат заглянул внутрь. — Ты уже спишь? — Почти. Он помолчал. Потом осторожно спросил: — А можно последний вопрос? Машка тяжело вздохнула. — Давай. Андрей задумчиво посмотрел на неё. — А если булочка подгорела, это считается воспалением? Машка медленно села. Посмотрела на брата. Потом на дверь. И совершенно спокойно произнесла: — Андрей… — Что? — Если ты ещё раз сравнишь патологическую анатомию с хлебопечением, я тебя лично отдам в пекарню на экспертизу.