Книга Жених на 2 недели, страница 81 – Алла Биглова

— Но… почему?

— Мы тоже можем загоняться, — вздохнул я, уже не «радый», что завёл эту тему. — Конкретно я загнался по нескольким причинам. Во-первых, после того как я тебя спас от насильника… Реальное ли это твоё желание? Или тебе так хочется меня поблагодарить? Или тебе настолько страшно, что ты хочешь просто забыться в приятном… э-э-э. — Подобрать подходящее слово оказалось не просто. — …соитии, — наконец, нашёлся я.

Ева замолчала, заёрзав на месте.

Пробка немного сдвинулась, и я дал вперёд. Мы проехали не так много, как вновь встали.

— Во-вторых, — продолжил я. — Мы долгое время притворялись. И теперь я не понимаю, воспринимаешь ли ты меня как потенциального парня или нет. Хочется ли тебе просто переспать со мной, чтобы скинуть установки мозга, или это твои реальные желания. Ева, я тоже человек, и эти две недели для меня были стрессовыми.

— Стрессовыми? — Ева переспросила, удивлённо заморгав.

— Ну да. Я приехал в незнакомую семью и обстановку, анализировал происходящее, беспокоился за тебя. Я правда не хотел тебя обидеть и хочу пригласить тебя на свидание. Ты же не откажешь мне в этой просьбе?

— Не откажу, — после небольшой заминки сказала Ева.

— Отлично. — Я взял в руки телефон и нашёл кафе. — Что ж, пробки будут весь день, так что мне очень нужен кофе. Заедем в ближайшую кофейню, взбодримся. Нам предстоит десять часов езды минимум. Ты несколько раз успеешь устать от моего общества.

Ева

Я не понимаю мужчин. Вообще всех. Они непредсказуемы до одури. Непоследовательны. Часть из них нерешительны. Другие, напротив, не умеют слышать и не понимают значения слова «нет».

Но когда Богдан открывается передо мной, рассказывает, что он тоже загоняется… Когда он такой открытый, прямой и добрый, мне просто хочется его обнять.

Подтвердить, что я чувствую то же самое.

Забавно, как мысль «да мы попритворяемся и разбежимся» медленно и верно превращается в «мы попробуем быть вместе».

А говорят, чтобы получились здоровые, крепкие отношения, надо их запланировать хорошенько. Похоже, всё работает немного иначе. Когда не планируешь — само как-то получается.

Мы весело пьём кофе, смеёмся, как влюблённые подростки, и возвращаемся в машину.

— Не переживай, — ухмыляюсь я. — Твоё общество мне будет, напротив, приятным. Жаль, правда, что такого не скажешь о дороге.

— Да, говорят, что наш серпантин куда страшнее американских горок, — поджучивает меня мужчина.

Закатываю глаза: он говорил то же самое две недели назад.

— Знаешь, когда мы ехали сюда, я его даже не заметила. — Я продолжаю с ним спорить.

Получаю от этого какое-то странное и удивительное удовольствие.

— Ты просто была в своих мыслях. Переживала по поводу встречи с семьёй? — Богдан тоже продолжает разговор, но больше ко мне не поворачивается: слишком внимательно следит за дорогой.

Вздрагиваю. Насколько же сильно он прав! Я была настолько погружена в свои мысли, думала о том, как пройдёт встреча с мамой, будет ли отчим вновь меня унижать и делать двусмысленные намёки, что совершенно не заметила, какой была дорога. Да, я смотрела в окно, но не видела окружающий мир.

Внутри меня цвёл мой собственный, полный страхов и тревог.

И как же здорово сейчас этого не испытывать.

— Ты прав, — наконец соглашаюсь я.

— Вау! Ты первая женщина, кто мне это говорит! — Богдан реагирует быстро и однозначно: радуется как маленький ребёнок. — Мне приятно.