Книга Жених на 2 недели, страница 34 – Алла Биглова

— Милая, ты кому доверяешь больше: мне или какому-то чухану, которого твоя дочь называет женихом? Ты его раньше в глаза видела? — начал лебезить мудак перед ней.

Стоял рядом и сжимал кулаки. Очень уж хотелось пересчитать отчиму зубы. Но не делал этого: всё-таки я был притворным женихом, а не настоящим. Будь я хотя бы официальным парнем, я бы сделал это, потому что смог потом защитить от последствий. А сейчас мы подерёмся, а Ева откажется быть со мной, и ей же придётся расхлёбывать последствия.

— А то, что ты отваживаешь всех мужчин моей дочери? Думаешь, я слепая и не заметила? Тебе ВСЕ не нравятся! — Дарья Вадимовна повысила на него голос, воинственно глядя.

— Молодая она, красивая. И дура! Кому, если не мне, защищать её и её честь? У неё ж нет отца! — с гордостью ответил он. — К тому же она каких-то нищих выбирает. Наверняка, им хочется жить за счёт богатого меня.

Рассмеялся в голосину, с издёвкой уставившись на неадекватыша. Тот злобно уставился на меня в ответ.

— Ева давно самостоятельная. Она никогда не брала у вас деньги, прекратите врать и строить из себя святого, — в который раз указал я отчиму на его место. — Я только вчера узнал, какой у неё богатый отчим. И, знаете, мне честно, плевать.

Я сделал паузу, не зная, говорить это или нет.

— И ваше отвратительное, хамское поведение навевает на дурные мысли. Как будто вы ведёте себя не как строгий отец, а как мужик, имеющий виды на мою невесту.

Мои слова прозвучали как очень громкий взрыв, после которого воцарилось гробовое молчание.

Дарья Вадимовна побледнела и с удивлением, омерзением и страхом на лице уставилась на меня. Марат Анварович соскочил, и его пузо прикольно тряханулось, как очень большой попрыгунчик. Его глаза стали бешеными, а изо рта чуть ли не пена пошла. Почему-то захотелось сделать прививку от бешенства.

— Да как ты смеешь… — Он задохнулся от возмущения, не смог закончить предложение.

Усмехнулся и пожал плечами. Смею. Его реакция только подтвердила наши не самые приятные догадки.

— В любом случае мы не целовались при вас, чтобы не смущать. Но если вы настаиваете… — Я развёл руки в разные стороны, многозначительно улыбнувшись.

Затем с превеликим удовольствием нырнул в воду. Выпустил пар, называется.

Ева

Ну и что ты хотела этим доказать? И, самое главное, кому? Зачем полезла целоваться к тому, кто так сильно нравится? К тому, с кем не будешь никогда?

Богдан перехватил инициативу, и в какой-то момент я перестала понимать, притворяемся ли мы или целуемся по-настоящему.

Поняв, что мысли уходят совершенно не в то русло, после поцелуя я ныряю под воду. Представляю себя русалкой и держусь под водой до последнего, лишь бы никто не видел мои красные щёки, моё сильнейшее возбуждение и…

Выныриваю, потому что не могу вечность плавать под водой, вдыхаю воздух, затем вновь ухожу под воду. Плаваю, игнорируя внешний мир.

Родители не удивятся моему желанию поплавать: они знают, как мне приятно нырять.

А Богдан… да, может подумать, что я так прячусь от него. Надеюсь, смогу убедить его в том, что заплыв — часть притворства. Мол, поцелуй не особенный, обычный, а затем я вернулась к обычному действу.

Может, и так себе идея, но намного лучше, чем показать свои истинные чувства. Показать, что на самом деле я испытала, после того как наши языки соприкоснулись. Это уже не было просто чмоком, это перешло все границы передружбы и притворства.