Книга Пламя греха, страница 50 – Лаура Пеллегрини

— Слушай, ты меня достал! Никто не причинит тебе вреда, как не причинит его мне, а теперь иди и надень этот чёртов костюм и перестань плакать, как маленькая девчонка!

— Маленькая девчонка, говоришь? Они нас кастрируют, а ты говоришь, что я не должен плакать, как грёбаная девчонка? — горячится он.

Я поднимаю бровь.

— И потом я не понял, при чём тут ты? Ты же не участвовал.

— Нет, но я твой друг, и они подумают, что я соучастник.

— Ты бредишь.

— Бред? У меня больше не хватит смелости смотреть в глаза Дону Розарио! — продолжает он.

— Боже правый, может, ты уже уберёшься отсюда со своим дурацким нытьём? Мне жарко, и я хочу освежиться в бассейне.

Слушая, Вито вперился в меня взглядом. Потом он хватает меня за рубашку и притягивает к себе.

— В бассейне, если ты дотронешься до неё, я клянусь...

Я прищуриваю глаза и серьёзно смотрю на него.

— Скажи, ты думаешь, я такой идиот? Там мой отец!

Он удовлетворённо кивает, поправляя мою рубашку.

— Я ему не скажу, но ты больше её не трогай, ладно?

— Да, да, хорошо, — лживо бормочу я.

Людовика

Наступил май, а вместе с ним — весеннее тепло, почки на деревьях и пение птиц. Люблю этот месяц, мне он кажется самым красивым.

Я встаю с кровати и открываю одно из трёх окон. Воздух сладок и несёт с собой запахи земли и моря, смешанные в один великолепный аромат. Когда я была маленькой, мне хотелось стать парфюмером, чтобы заключить в туалетную воду то чудо, которое я чувствую сейчас.

«Я стану очень знаменитой с «Aria di Sicilia» (Воздух Сицилии)», — говорила всем. Я даже дала аромату название...

С улыбкой на лице беру ноутбук, ставлю его на маленький столик перед открытым окном и сажусь в кресло, обтянутое голубым бархатном. Потягивая апельсиновый сок, что приготовила для меня Кармела, я открываю почту; пролистываю первые несколько писем, отвечаю на самые срочные, затем просматриваю материалы, присланные мне фирмой, с которой работаю над делом о непредумышленном убийстве. Они хотят знать моё мнение, даже если предупредила, что беру отпуск из-за проблем со здоровьем в семье. Что ещё я должна была сказать? Извините, я исчезну на некоторое время, потому как должна отправиться в Италию, в дом одного из самых влиятельных боссов, потому что, похоже, кто-то хочет меня убрать? Не забыв, конечно, предупредить в фирме, что я не отвечаю на их письма с обычной частотой, потому как мой компьютер могут отследить плохие парни.

Да пошли они. Какой дурак будет проверять, откуда поступает мой трафик, да ладно! Дамиано и Вито преувеличивают.

Я скачиваю zip-файл, затем открываю его, и первые изображения, которые появляются, — это лежащая на земле девушка с порезами и ранами повсюду. Глаза широко распахнуты, рот открыт.

Я вскакиваю и поворачиваюсь к окну. Не хочу видеть ничего подобного.

Я адвокат по уголовным делам, это правда, но каждый раз, когда сталкиваюсь с подобными случаями, у меня сводит живот. Я училась не для того, чтобы видеть трупы. Моя специализация — организованная преступность, экономическое и корпоративное право, и какого чёрта они присылают мне изуродованные тела молодых девушек, я правда не понимаю.

«Твоя ясная и объективная точка зрения была бы мне очень полезна. Я зашёл в тупик. Я твой должник. Майкл».

Так написано в тексте, сопровождающем письмо. Делаю глубокий вдох и думаю о коллеге, который сейчас спит в своей постели из-за разницы во времени, и ругаюсь. Я допиваю апельсиновый сок, когда издалека, среди шевелящихся на тёплом ветру ветвей, замечаю Сета. Он пристально наблюдает за мной, и мне интересно, как долго он там находится. Мне не нравится, как пёс смотрит на меня, каждый раз это напоминает мне о том, как на меня смотрит Дамиано, и это заставляет меня нервничать. Я не чёртова добыча. Уже собираюсь закрыть окно и вычеркнуть Сета из своего утра, как вдруг вижу, что он приближается ко мне. Походка медленная, без скрежета клыков. Я скрещиваю руки на груди и жду. Он настигает меня через несколько секунд, держится на расстоянии, но не недостаточном, чтобы я чувствовала себя в безопасности. Но я не сдаюсь. Хочу понять, чего пёс от меня хочет.