Книга Пыль в доме, страница 21 – Харитон Мамбурин

…но кто сказал, что валять дурака позволено только ему?

— Сэр, мистер Бреннан, сэр! — выпучил я глаза, подражая стереотипу о курсантах, тянущихся перед сержантом, — Вы же знаете, что окно моей спальни выходит прямо на окна комнат ваших дочерей⁈

Такого мужик точно не ожидал, тут же закашлявшись и пуча глаза в ответ. Я продолжал тянуться, а вот сам Кевин, поразмыслив над тем, что услышал, почесал затылок, искоса на меня взглянув.

— То есть так, да? — он даже слегка приуныл, поняв, что мой намек чересчур целомудренный… на вкус даже притязательного родителя, — Кейт вряд ли будет в восторге.

— Я приехал позавчера и ищу работу! — мне пришлось натуральным образом возмутиться, — Что за инсинуации!

— У нас две дочери, Хауген, и мы живем в Хейзелвуде!

— Это делает из меня подозреваемого или перспективного⁈

— Ты мне ответь, Хауген!

— Вы это о чем? — появившаяся Финола моментально прервала суровый мужской разговор, заставив нас опасливо переглянуться.

— Да так, ни о чем, — скосил глаза сдувшийся ирландец, — Ребята, холодненького?

Выходили мы из «Скоб и гвоздей», разжившись ледяным лимонадом. С ним и засели на ближайшей лавочке Фронт-стрит. Наслаждаясь напитком, я неспешно думал о том, что Бреннан, рыжий и хитрый, явно навел суету, волнуясь за будущее Финолы. Сидящая рядом со мной рыжая девчонка слишком тихая, всегда на своей волне, поэтому с её личной жизнью вполне могут появиться неожиданные или неприятные вопросы. Поставить сразу на темную, но подконтрольную, лошадку — вполне в стиле моего соседа.

— Марк?

— М?

— А… у тебя в Милуоки была девушка?

— Нет, — отвечаю легко и не задумываясь между глотками реально вкусной газировки. Неожиданная мысль заставляет горько признаться вслух, — Надо было соврать, что были аж три! Одна носила мой рюкзак с книгами, вторая делала домашку, а третья…

Гм, а что третья?

— А что третья? — с отчетливым любопытством спрашивает юная ирландка.

— Ну… не знаю, — сдаюсь я, — Была сестрой самого крутого чувака в школе и меня за это все уважали?

— Не круто, — морщится рыжая, явно только что подавившая отрыжку, отчего углекислый газ прошёл носом, — Совсем… не круто.

— Ну, значит хорошо, что я такой честный, — улыбаюсь я. С другой стороны улицы на свет медленно выходит здоровая кудлатая псина, начиная меня с подозрением рассматривать и нюхая при этом воздух.

Покидав пустые бутылки в мусорку, мы неторопливо пошли дальше по главной улице города, преследуемые держащейся на расстоянии, но проявляющей ко мне интерес псиной. Финола шла, задумавшись о чем-то своем, но вскоре наморщила лобик, потянув меня за рукав.

— Ты бы мне соврал? — грустно спросила она меня, строя щенячьи глазки.

— Если бы это было смешно. Нам обоим, — серьезно подтвердил я, пряча улыбку, — Иначе врать смысла нет.

В детстве мы почти всегда играли втроем. Я был силовой поддержкой и тем, с кем отпускают девчонок, Нора была нашим министром по связям с общественностью и путеводной звездой, а Финола осуществляла прикрытие тылов. Она была верной молчаливой спутницей, прикрывающей наши спины во всех приключениях. Ну… в основном стойко отмалчивающейся, когда мы представали перед взыскующим взглядом миссис Бреннан, но хей, любая поддержка — бесценна. Особенно безоговорочная.

Фронт-стрит долго не продержалась под нашими молодыми ногами, как и собака-преследователь, решившая, что её интерес не стоит прожарки под августовским солнцем. Проводив взглядами старушку, греющуюся на адском пекле, мы с подругой нырнули в тень возле супера, куда я притащил пару купленных здесь же пломбиров. Усвоив мороженое, я решил, что мы достаточно отдохнули после лавки Кевина, поэтому можно переходить к более плотному изучению Хейзелвуда.