Книга Забвение, страница 82 – Анастасия Пименова

Эрика, нахмурив брови, будто заговорщица, шепчет:

— Клариссе нельзя говорить, что мы не спим.

Я подношу палец к губам и киваю.

— Наш секрет.

Марк прыскает со смеху, но быстро прикрывается одеялом, чтобы не выдать себя звуком. Вижу, как он весь светится от радости, что теперь я в их компании.

— А ты принесла что-то вкусное? — тут же спрашивает он, высовываясь из-под одеяла.

— Нет, — качаю я головой, — только лекарства.

— Ну, лекарства невкусные, — бурчит Марк и снова прячется.

Эрика, напротив, тянется ближе ко мне, её волосы растрепаны, щёки красные от температуры, но глаза светятся.

— А расскажи нам историю. Только не страшную, — просит девочка шепотом.

— Ладно, но при одном условии, — говорю я, нарочито серьёзно. — Никто не перебивает.

— Обещаем! — хором шепчут они, но я понимаю, что перебьют сто раз, и от этого становится только теплее.

Я придвигаю кресло ближе к их кроватям, устраиваюсь поудобнее и начинаю придумывать что-то на ходу.

Мы редко с ними видимся, даже тогда, когда жили в Возрождении. Раньше я не умела находить общий язык с детьми, но сейчас это уже выходит лучше. Я учусь. Не только по тому, что хочу поддержать таким образом Клариссу, но и… Марка с Эрикой тоже. Не хочу, чтобы они знали о реальном мире, там, где живут. В какой опасности. Хочу, чтобы у них и у других детей был шанс на относительно нормальную и спокойную жизнь. Та, что была у меня в их возрасте.

Эрика слушает с широко раскрытыми глазами, Марк то и дело хихикает.

Когда заканчиваю свой рассказ, то даю таблетки, понимая, что они уже зевать начинают.

— А теперь засыпайте, — говорю я и сижу с ними ещё минут пятнадцать, а после тихо выхожу, смотря на спящую миссис Солинс.

Не решаюсь ее будить, просто оставляю записку рядом. Дети точно в ближайший час не проснутся, а у нее будет возможность ещё немного отдохнуть.

* * *

Возвращаюсь в главное здание, где обычно тренируюсь и иду к отцу.

Там жду его минут десять, когда он закончит очередную тренировку у других людей.

Стучу в косяк двери и замечаю, как он проверяет оружие, а после убирает его на место.

При виде меня на губах папы появляется улыбка.

— Я передала Клариссе то, что ты отдал мне.

— Спасибо, милая.

Я прохожу вперед и дотрагиваюсь до одной из винтовок, которую папа ещё не успел разобрать и убрать.

— Ты всё равно не можешь пройти мимо оружия, — в его голосе слышится лёгкая усмешка.

— Оно слишком громкое, чтобы игнорировать, — отвечаю я и провожу пальцами по холодному металлу.

Папа вытирает руки полотенцем, бросает его на скамью и смотрит на меня чуть пристальнее.

— Ты вернулась обратно… другой, Шоу.

— Другой? Какой?

— Потерянной.

Потерянной… Наверное, отец прав. Думаю, любой бы на моем месте почувствовал бы себя потерянным, узнав новую правду.

Он подходит ближе и кладёт ладонь мне на плечо. Сильная, тёплая рука, такая привычная.

— Ты у меня сильнее, чем сама думаешь, — говорит он. — Но даже сильным нужно иногда отдыхать.

Я почти улыбаюсь. Почти.

Отец обнимает меня, и эти объятия длятся несколько секунд, которых мне хватает, чтобы просто… успокоиться.

— А теперь давай, Шоу, — он указывает рукой на один из пистолетов, что лежат неподалеку, — возьми его и покажи, на что способна.

— Серьезно? Я же не собираюсь в ближайшее время покидать Авалон.