Книга Забвение, страница 122 – Анастасия Пименова

— Я знаю, что уже спрашивать поздно, но как только мы окажемся в здании Совета, то там же множество камер, как и по всему Авалону. Нас… могут узнать?

— Ищут только тогда, когда хотят найти, — отвечает Ник.

Если бы мы могли, то уже сорвались на бег, но так только привлечем внимание, поэтому приходится делать вид, что мы просто прогуливаемся…

Я то и дело смотрю на окружающее пространство, понимая, что людей на улице меньше обычного, и это несколько странно. Возможно, из-за того, что похолодало, но раньше это их не останавливало.

— Джеймс может быть в своей комнате, — говорю тихо. — Проверим сначала там?

— Нет. Я догадываюсь, куда Конрад мог отправить его.

Не уточняю, а просто следую за ним.

Через минут пятнадцать мы доходим до здания Совета и проходим по лестнице, а не едем на лифте, чтобы дальше уже подняться на несколько этажей выше из-за чего я с трудом совладаю с дыханием, продолжая прихрамывать.

Мы поднимаемся выше, и шаги по бетонным ступеням гулко отдаются в пустоте. Когда наконец выходим в коридор, меня пробирает странное ощущение.

Тут пусто, безлюдно. Только лампы под потолком, ровно расставленные, гудят белым светом, и от этого всё пространство кажется ещё более холодным.

Проходим вперед, когда по обе стороны от нас только сплошные одинаковые двери.

— Что это за место? — спрашиваю я шёпотом, потому что в такой тишине любое слово звучит слишком громко.

Ник бросает на меня быстрый взгляд из-под кепки и капюшона.

— Здесь содержат безумных.

— Что??? Но… я, конечно, догадывалась, что такое место может быть, но не здесь. Я думала, что должно быть в каком-то отдельном здании.

— Оно есть. В том здании проводятся опыты, а здесь держат тех, кто обратился относительно недавно. Отец хотел найти способ… возможно, их можно было бы вылечить. Поэтому проводятся различные опыты.

— Почему ты думаешь, что Джеймс именно здесь?

— Сюда почти никто не заходит. А если и заходят, то точно не станут открывать дверь, даже если по ту сторону услышат человеческую речь. И Джеймсу самостоятельно отсюда не выбраться. Наверняка, лучший вариант по мнению Конрада.

Теперь каждый раз, когда Ник упоминает мистера Максвелла, в его интонации проскальзывает что-то едва уловимое. Мрачное и жестокое.

Мы идём дальше. Ник несколько раз останавливается возле дверей, стучит, зовёт. Ответа либо нет, либо есть в виде рычания.

Проверяя дверь за дверью, наконец находим нужную, когда по ту сторону различаю голос Джеймса.

Внутри тут же вспыхивает луч надежды, правда, он тут же тухнет, когда я смотрю на электронный замок и думаю, как его открыть.

— А теперь… — Ник пальцами откручивает болты на панели, а я смотрю на то, чтобы сюда никто не зашел. Правда, одна из камер смотрит прямо в нашу сторону. Надеюсь, по ту сторону людям есть, чем заняться, кроме как двадцать четыре часа в сутки смотреть в монитор. — Ещё немного.

Наблюдаю за тем, как Ник разрезает какие-то провода, после чего некоторые из них перекручивает, соединяя таким образом, между собой.

— Похоже, ты за два года времени не терял.

— У каждого свои увлечения, — проговаривает Ник и тут же слышится тихий щелчок.

Дверь открывается.

В ту же секунду наши взгляды встречаются с Джеймсом. Он стоит внутри, растрёпанный, с красными глазами, словно не спал всё это время, но живой и невредимый. В его лице лишь удивление и облегчение.