Книга Падение, страница 58 – Анастасия Пименова

И в нём что-то такое, что заставляет меня на мгновение задержать дыхание.

Расплавленный металл.

— Шоу, — и снова обращается ко мне по имени, — я тебя очень прошу. Не лезь.

Слушаю ли я его? Нет. Хоть и понимаю, что он не просто пьян, а находится на грани.

Но я не хочу… Не хочу, чтобы он всё это чувствовал или переживал, так как я могу понять его. Хоть и отчасти, но могу, ведь мне прекрасно известно, что незнание — это хуже всего. Когда ты не знаешь ни что с человеком, ни где он находится, ни жив ли…Это ужасно.

— Я искала тебя сегодня, хотела поговорить. Мне пришла идея, касаемо Джин. Можно попробовать разослать на неё ориентировку, и я уже получила доступ, чтобы…

Его усмешка сбивает меня с мысли, поэтому я осекаюсь.

— Мне не нужны от тебя подачки.

— Это не подачки, Аксель. Я предлагаю помощь, потому что понимаю и знаю, что ты чувст…

— Ни черта ты не знаешь, Брайс.

Он медленно наклоняется ко мне, так, что между нашими лицами расстояние сильно сокращается, локти ставит на стол, пальцы сжимает так, что костяшки белеют.

— Ты понятия не имеешь, что я чувствую. Ни малейшего, — продолжает Аксель тихо, но в этих тихих словах больше ярости, чем в том же крике. — Ты видишь только то, что хочешь видеть. И думаешь… что если влезешь в чужую жизнь, всё магическом образом станет легче? Нет. Не станет.

Продолжаю молчать, только зубы стискиваю сильнее, чтобы тоже не сорваться.

— А насчёт твоей «помощи»… — он криво усмехается. — Оставь её себе. Ты так рвёшься куда-то, так отчаянно пытаешься быть нужной… что, правда, думаешь, я поверю, будто всё это ради Джин? — Что, чёрт возьми, он такое говорит! — Ты лезешь в это, потому что тебе скучно, Брайс. Потому что ты не знаешь, чего хочешь сама. Сначала носишься за Ником, как будто он твой спаситель… После за Джеймсом, теперь лезешь ко мне со своими идеями. Может, вернёшься к первому? Он твоё внимание явно любит. Падай под него, раз уж не можешь определиться, кому хочешь принадлежать.

У меня перехватывает дыхание, а стук сердца резко отдается в груди.

— И не смей больше заикаться о Джин.

Чувствую, как ногти впиваются в ладони. Горло сдавливает злость, обида… и что-то ещё, что невозможно назвать.

— Знаешь что, Аксель…

Даже эти простые три слова даются мне с колоссальным трудом, но я заставляю себя собрать силы и продолжить, когда чувствую, как в глазах становится слишком мокро.

Ну, уж нет. Я не буду плакать из-за какого-то парня. Тем более из-за него.

— Пошёл к чёрту.

Я резко отодвигаю стул. Звук такой громкий, что несколько человек оборачиваются. Ноги едва слушаются.

Разворачиваюсь и ухожу, даже не понимая, куда именно. Сквозь шум, голоса, барный свет. Всё размывается, превращаясь в дрожащие, расплывчатые пятна.

Я забываю о одежде, в которой сюда пришла, и выскакиваю на улицу прямо так, когда пару снежинок падают мне прямо на лицо.

Замираю на слишком долгие секунды, вдыхая холодный воздух, но заставляю отойти себя в сторону от входа в бар.

Как он только… Как у него…

Я качаю головой и мысленно ругаю себя за то, что всё ещё пытаюсь понять.

Мне вообще должно быть всё равно. На то, что он думает, что говорит и что делает. Да…

Но какого-то чёрта я тогда нахожусь всё ещё здесь?

Снежинки тают на коже, липнут к ресницам. Я даже не вытираю их, просто смотрю перед собой, не моргая, пока дыхание превращается в белый пар.