Книга Легион, страница 9 – Анастасия Пименова

Сначала я не понимаю, почему Блейк резко замирает, будто врезается в невидимую стену, а потом до меня доходит. Он слушает. Всегда слушает. Даже когда идёт. И тогда я тоже замираю, затаив дыхание, стараясь стать чем-то вроде… продолжения этой тьмы, а не чужеродным элементом внутри неё. Слишком часто в такие моменты я слышу нечеловеческие, срывающиеся крики, доносящиеся… сложно понять, откуда именно из-за эха, гуляющего в этих местах.

Каждый раз, когда это происходит, Блейк реагирует. Пальцы мужчины впиваются в виски, в волосы, как если бы он пытался удержать голову на месте, не дать ей расколоться от сплошного потока звуков. Он не издаёт ни звука, не жалуется и не просит остановиться. Просто… выдерживает.

Все же я вижу, даже в этой темноте. Вижу по тому, как меняется его дыхание. По тому, как он на секунду теряет устойчивость, а потом снова собирается, заставляет себя выпрямиться и идти дальше.

Ничего не могу с этим сделать, кроме как переждать вместе с ним.

Когда мужчина снова делает шаг в сторону одного из проходов, я продолжаю строить догадки, по какому именно принципу он выбирает путь.

Иногда мне кажется, что Блейк идёт туда, где тише. Иногда, наоборот, туда, где звуки гуще, где больше движения. А иногда… кажется, что мужчина специально выбирает путь, где шансы выжить минимальны, чтобы всё это закончилось быстрее.

Я сжимаю молоток сильнее, хотя пальцы уже почти не слушаются, и заставляю себя идти дальше, наступая в воду, на что-то под ней.

Нет. Блейк не выглядит как человек, который хочет сдохнуть. В том числе и тогда, когда его продолжает ломать изнутри из-за хаоса, который он слышит. Блейк не бежит от этого, скорее идёт сквозь, и я пока что следую за ним, каждый раз переступая через себя и игнорируя всё, что внутри кричит остановиться, подумать, задать вопрос или взять контроль хоть над чем-то.

Проблема в том, что контроля нет. Есть только он и его выбор. А ещё моя слепая, почти раздражающая вера в то, что Блейк знает, что делает. Хотя бы немного. Потому что альтернатива: признать, что мы просто блуждаем.

Позже вода под ногами вовсе исчезает. Сначала её становится меньше, шаги звучат иначе, глуше, уже без постоянного плеска, к которому я успела привыкнуть. А ещё позже становится сухо. Но я несильно радуюсь этому, потому что если безумные окажутся поблизости, то нам негде будет от них прятаться и похожий трюк с погружением под воду уже не сработает.

Само пространство вокруг тоже меняется. Плечи начинают задевать стены, воздух сжимается, становясь плотнее и тяжелее. Приходится слегка наклониться, а через пару шагов я замечаю, что Блейк делает то же самое.

Он идёт, пригнувшись, почти скользя вперёд, избегая резких движений, и я повторяю за ним, пригибаясь сильнее, чтобы не задеть потолок.

Здесь… тесно, и это давит, не так, как раньше, когда пространство было большим и пустым, а наоборот, близко и ограниченно, как если бы туннель решил сомкнуться вокруг нас.

Тьма становится не такой плотной, в бетонных стенах появляется все больше совсем крохотных дыр, благодаря которым свет проникает хотя бы крупицами.

Я моргаю и щурюсь, пытаясь понять, не играет ли со мной воображение.

Нет.

Это является для меня практически облегчением — вновь видеть.

Я перевожу взгляд на Блейка, силуэт которого различим ещё лучше: спина, плечи, движение головы. Параллельно ловлю себя на мысли, что это странно. В месте, где должно быть только хуже, темнее и опаснее… становится чуть легче ориентироваться.