Книга Легион, страница 75 – Анастасия Пименова

— Все так же, как и любой другой пистолет. Просто отличается внешний вид и сила отдачи. А это, — он поворачивается в сторону Дункана, приподнимая голову, но все равно чужой взгляд не захватывает, — для тебя. Сможешь убить своих же?

— Они никогда не были моими. Просто общие интересы на время выживания, да и там есть парочка особенно бесящих личностей, так что, — Блейк не видит в отличие от меня, как губы мужчины искажаются в подобие ухмылки, которая ничего хорошего во мне не вызывает, — я даже с радостью с ними расправлюсь.

— Не заставляй меня пожалеть об этом.

Если он так легко предал своих же и собирается даже убить, то что ему мешает после поступить с нами так же? Что это со стороны Блейка: глупость или возможный шанс для малознакомого человека? Надеюсь, что Блейк не ошибается и не пожалеет о том, что сделал это. Впрочем, с тем же успехом можно сказать и обо мне, ведь мужчина со мной знаком немногим дольше, чем с этим Дунканом. Но я хотя бы уже заслужила доверие и от меня уже так не воняет, как от этого. Ему бы тоже не помешал душ, чтобы помыться и отмыться. С апокалипсисом люди совсем позабыли о личной гигиене.

Срань.

Опять. Опять мои мысли уходят куда-то не туда.

Пистолеты, вот, что важно. Я проверяю каждый из них и количество патронов, после заранее снимаю предохранители, один убирая и собирая стрелять из одного, пока пули там не закончатся.

— Какой именно у нас план? Просто отвлечь внимание вряд ли выйдет? — мысленно молюсь последствиям от ранений не подвести в такой момент.

— Всё просто. Плана нет.

— Плана… Как это, Блейк?

Он пожимает плечами и прикрепляет что-то к груди, следом доставая из рюкзака две… что-то напоминающее консервные банки. Дымовые шашки. Но не те, которые он использовал в прошлый раз. Больше. В мыслях всплывает голос Акселя, и я вспоминаю, как брат кое-что рассказывал про это и даже показывал.

— Потому что любой план разваливается в ту секунду, когда начинается стрельба, — отвечает Блейк так, будто сообщает что-то совершенно очевидное. — Особенно здесь. Мы не знаем, сколько у Харви людей на этом уровне, не знаем, как быстро они среагируют и перекроют выходы. Поэтому будем действовать по ситуации.

Он переводит голову в сторону клеток, за которыми продолжают сидеть люди.

— Главное сейчас — вывести их отсюда, — продолжает мужчина. — Масок хватит на всех.

— Да, но им как-то ещё предстоит добраться до машины, где есть те самые маски. Отдадим противогазы, которые есть у этих людей, а остальные уже будут рассчитывать на удачу.

Классный план. Но по факту он прав, мы не спасители и не в ответе за другие жизни. Тут каждый сам по себе. Поможем, а дальше все зависит от них.

Он отдаёт одну дымовую шашку Дункану.

— Бросишь только после выстрелов. Не раньше.

— Понял.

Дункан нервно усмехается, но пальцы на шашке всё равно сжимает крепче. Боится. И правильно делает. Я бы на его месте тоже боялась. Потому что если всё сейчас пойдёт не так, то нас либо перестреляют, либо загонят глубже в тоннели, где шансов выбраться станет ещё меньше.

Блейк смещается в сторону и поворачивает голову в мою сторону, будто собираясь сказать что-то ещё, но не говорит.

Внутри образуется напряжение, которое бывает всякий раз перед опасными ситуациями. Я нервно сглатываю, отчего-то вдруг ощущая сухость во рту и отсчитываю про себя секунды.