Книга Убийство. Дубль первый, страница 90 – Валерий Шарапов

— Вроде все и прозрачно. — Горбатых выпустил струю дыма, потом пожал плечами. — С доказухой… вроде полный ажур… Но, насколько я вдоль и поперек изучил банду, это не их стиль. Ну не похоже, и все тут! Они жирную хату сначала какое-то время пасли, все ходы-выходы страховали-перестраховывали, оттого долго и не попадались. И всегда, подчеркиваю, окучивали по одной хате, потом делали паузу. А тут прикинь, сразу две, почти в одно время. Да еще в разных домах! Это не их почерк.

Варчук понимающе покачал головой:

— Как говорил в «Операции Ы» Федя-тунеядец: «Шурик, это не ваши методы!» Ну а с уликами-то что?

— Я же говорю, все в полном порядке. Наследили они, цацки потом, спустя пару месяцев, всплыли в скупках, в комиссионке одной… Еще кое-где засветились… В этой второй квартире пальчики Жакана нашли, не отвертишься. А цацки всплыли только из той, которую Жакан и не отрицал. Из второй, ну, Шугалей которая, — как сквозь землю провалились. Сам Жакан клялся, что вторую хату не брал. Им все равно впаяли сто сорок пятую, как… по полной.

— Я правильно понимаю, их кто-то грамотно подставил?

Горбатых развел руками, отчего пепел упал на полировку стола.

— Только как? Как можно подставить с пальчиками?! Это что — какой-то, извиняюсь, колдун-экстрасенс поработал? Улики подбросить — куда ни шло, но пальчики!

— Только из-за пальчиков и посадили? Воры обычно, насколько я знаю, в таких вопросах не врут, не по понятиям. Им лишний срок мотать тоже, сам понимаешь… Клялся, говоришь, что хату Шугалей не брал?

— Вот именно! Но… решает суд, а суд решил, что обнесли обе квартиры жакановцы. Хоть и в разных местах. Пальчики, сам знаешь, убойная улика! А иначе кто? Больше некому!

Михаил потер переносицу, потом зажмурился и потер кулаками глаза:

— Я извиняюсь, а пальчики-то где были?

— Не поверишь, на какой-то книжке! Но пальчики четкие, не придерешься.

— А еще где?

— Больше нигде. Так-то!

— Это что же получается, пришел в перчатках, обчистил по полной, а потом решил, сняв перчатки, книжку почитать? Охренеть!

— Почему бы и нет? Слабость питает к литературе, чтению книг, вот и поддался соблазну… И алиби на тот момент у него не было.

— Он что, идиот?

— Не знаю, Михась. — Горбатых затушил окурок в пепельнице. — Говорю как есть. Хочешь верь, хочешь… Переиграл его кто-то.

— Скажи, Санек, а у этой Шугалей родственники нарисовались? Она ведь одинокая была.

Горбатых скривился, ухмыльнувшись половиной лица.

— Насколько я помню, официально нет. Квартира отошла государству. Но и тут не все чисто, слухи кое-какие были.

— Ну надо же! — воскликнул Варчук. — Вечер перестает быть томным. И какие слухи?

— Один информатор мой в клюве принес, что якобы у Шугалей был тайный роман с женатым мужиком. Но его никто не видел, разве что издалека. Фоторобот не составишь. Конспирацию наши любовнички соблюдали, короче. Но это только слухи! Их к делу не пришьешь.

— Обалдеть! — подытожил Варчук. — Просто никто не хотел разбираться, раз такое раскрытие само в руки плывет. Вот и закрыли по полной. А Жакан где сидит?

— Под Соликамском. Никак, съездить хочешь? Побеседовать?

— Пока не знаю, возможно, и придется. Если, говоришь, никаких родственников у Шугалей не было, кто тогда обнаружил пропажу?

— Соседка, они жили душа в душу. Хотела цветы полить, кошку накормить… Шугалей ей ключи оставила перед тем, как скорая ее, значит, забрала. Соседка и рассказала про колье, броши, кулоны, ожерелья… Все хранилось в сиреневой замшевой шкатулке, которая исчезла вместе с украшениями.