Книга Магазин для киллеров. Том 1, страница 9 – Джиён Кан

— Твой дядя вышел оттуда живым, серьезно покалечив нескольких человек. Они занимались грязными делами, поэтому даже не могли заявить об избиении в полицию. После исчезновения «Сотта-хауса» в нашем районе стало тихо. Люди, погрязшие в долгах, вздохнули с облегчением, а к нам перестали цепляться хулиганы. Жизнь заметно улучшилась.

Друг дяди затушил окурок подошвой ботинка и вернулся в машину.

— Я считаю твоего дядю своим благодетелем. Мой отец был игроманом. После его смерти долг нашей семьи перед «Сотта-хаусом» составил без малого тридцать миллионов^[10] вон. Черт подери, тридцать лямов! И из них основная сумма была всего лишь два миллиона, все остальное – проценты.

Такси, дребезжа – словно всхлипывая, – укатило обратно.

Дядя, продающий фальшивые руки, очень похожие на настоящие. Дядя – легендарный мастер карточных игр. Дядя, который дул на горячую похлебку, прежде чем проглотить ложечку. Дядя, готовящий юбучхобап размером с кулак. Дядя, который лежал в морге. Мне казалось, все это разные люди.

Мой старый дом стоял на отшибе, и обычно людей здесь не было. Но вдруг я услышала, как кто-то позвал меня по имени:

— Чон Джиан? Что ты здесь делаешь?

Голос был тихим, мягким и незнакомым.

— Кто вы? – спросила я, обернувшись.

Перед железными воротами стоял высокий юноша. Он был одет в клетчатую рубашку и темно-серые штаны, а в руках держал сумку для ноутбука от Samsonite.

— Ты не помнишь меня. Я Пэ Чонмин. Мы дружили в первом классе.

Я смотрела на него, вытаращив глаза и открыв рот. В моих воспоминаниях Чонмин был ниже меня, а длинные волосы, остриженные под боб, делали его на первый взгляд похожим на девочку.

— Ты из фотостудии! Прости, что не узнала.

Чонмин не смог учиться в местной школе. Он часто болел и был застенчивым, поэтому мальчики не хотели с ним дружить. Вскоре его перевели, и в младшей, средней и старшей школе он отучился в городе, куда мать возила его на белой «сонате». Я часто делала фото на школьные документы в студии его отца и иногда сталкивалась на улице с Чонмином, но он всегда пялился в телефон, и ему было не до меня.

— Неудивительно, что ты меня не узнала. Я вырос на семнадцать сантиметров на летних каникулах, после второго класса старшей школы. Соболезную из-за случившегося с дядей Джинманом…

Чонмин легонько коснулся моего плеча.

— Откуда ты знаешь о моем дяде?

Я сама услышала о смерти дяди только сегодня утром. Как об этом мог узнать Чонмин?

— Я взял академ и подрабатывал в интернет-магазине дяди Джинмана. Полицейский сообщил мне, потому что в последнее время твой дядя чаще всего звонил именно мне.

Уголки глаз и кончик носа Чонмина покраснели.

— Удивительно. Дядя, которого я знала, был хикикомори – домоседом-затворником. Я думала, он выходил только на склад и почту, а оказывается, у него столько знакомых. К тому же все считали его хорошим человеком. Кажется, что это все сон.

Чонмин горько улыбнулся и провел руками по лицу.

— Я предполагал, что ты приедешь, поэтому ждал тебя. Для похорон нужно портретное фото, да? Можем увеличить его в студии отца.

Чонмин совсем не изменился. Ростом он стал выше, но ясный взгляд больших карих глаз, который я запомнила с детства, ямочка на щеке, когда он улыбался, и маленькие подвижные губы остались прежними.