Книга Ремонт, магия и прочие неприятности, страница 53 – Надежда Цыбанова

— Ну а все-таки, может, вспомните алхимика?

Соседка шумно вздохнула, посмотрела на пролетающую муху, надеясь, что он подскажет ей, как выкрутиться, и наконец пробормотала:

— Да кто ж его знает. Может, и был кто… Или это просто страшилка детей пугать. Ну знаешь: «Не будешь слушаться – отдам алхимику, он из тебя суп сварит». – Видимо, мне повезло. Отец никогда бы не позволил произносить в доме подобную чушь. – Я вот что скажу, – Элен подалась вперед, налегая на столик, – если кто и варил что-то странное, так это старый пекарь на углу. Он любитель вечно рецепты менять. Так у него хлеб получался то синим, то такой привкус появится, словно в тесто тины подмешали. Тот еще экспериментатор с нашими желудками.

— Но вы же все знаете, – попыталась мягко польстить я, доверительно касаясь руки старушки. – Вряд ли в Весменке найдется человек более осведомленный о людях, проживающих тут, чем вы.

Элен потупилась, почесала нос и вдруг снова затараторила:

— А ты знаешь, у Аманды Горфон… ну, той, что шляпки с вот такенными перьями носит… кошка родила котят? Целых пять! И все разные: полосатый, пятнистый, рыжий, четвертый вообще белый. Чувствую, отец у них не один. Ну не может от одного котяры быть столько разноцветных последышей. Вот это новость, да? А один вообще черный. Если ночью зажмуриться, никогда не найдешь. Теперь Аманда отцов разыскивает, чтобы им предъявить, так сказать, требование на алименты.

Мне оставалось лишь вздыхать. Элен явно не хотела говорить про алхимика. И чем больше я спрашивала, тем активнее она переключалась на котят, пироги и погоду.

Наконец, когда я уже почти отчаялась, Элен вдруг понизила голос до заговорщицкого шепота и сказала, покачивая пальцем:

— Знаешь, милая, я, конечно, не уверена… Но, может, тебе лучше к Люси Люпфе сходить. Говорят, у нее в роду по отцу кто-то был связан с наукой. То ли дядя, то ли прадед. Или даже прапрадед, который пытался превратить свинец в золото, а вместо этого получил очень тяжелую сковородку. Ну, ты понимаешь? – она с загадочным видом допила чай и с тихим звоном поставила чашку на блюдце.

Соседка с легкой усмешкой подмигнула, демонстративно вдохнула аромат чая, явно растягивая момент, и опять вернулась к теме кошачьего пополнения Весменки:

— А этот, черный… ну тот, что в чернилах… я тебе говорю, он уже сейчас такой хитрый, что, глядишь, вырастет – и будет самым грозным в городе.

Есть у меня подозрение: Элен не то чтобы не знала про алхимика – просто не хотела о нем говорить. Но намек дала. Теперь мне придется наведаться к другой соседке – Люси Люпфе.

— Спасибо, Элен, – поблагодарила я старушку, решительно поднимаясь. Оправив рабочий костюм, невинно похлопала ресницами: – За чай и за наводку.

— Не за что, милая! – радостно улыбнулась соседка. Такое ощущение, что она только и ждала меня с вопросами об алхимике. – И ты это… если у Люси что-то выяснишь – обязательно приходи, расскажешь! Люблю, знаешь, когда истории с продолжением. А то нынче в Весменке все как-то скучно: то трубы рвутся, то сервизы пропадают. А хочется чего-то этакого, с тайной, с загадкой!

Дом четы Люпфе стоял в полумраке, будто нарочно старался слиться с вечерними тенями. Окна были темными. Супруги, как всегда, в делах и работе. Значит, дом пуст. Самое время для маленькой разведки.