Книга Тайна семицветных осколков, страница 110 – Ирина Осинская

— А я? — подал голос Руян. — Вы сказали, что были в пещере вчетвером. Где в это время был я?

На этот вопрос я не смогла ответить. Перед глазами вспыхнула картинка безжизненного тела рыжика, заставляя снова пережить тот ужас.

— Тебя убил ритуалист.

Слова Булата вызвали разные реакции у парней. Свят посмотрел на товарища с сочувствием, Амир — хмуро, а вот сам Боголюбов как-то весь сжался и выглядел напуганным. Из-за страха перед лицом смерти или был другой повод?

— Руян, — позвала мягко, ловя его светлый взгляд, — если ты обладаешь какой-то информацией, прошу — расскажи.

— Я… не могу, — выдохнул он, упрямо закачав головой. От этого непослушные кудряшки пришли в движение, придавая и без того молодому парню еще более мальчишеский вид.

— Боголюбов, это важно, — чуть надавил капитан Лихобор.

— Я поклялся молчать, понимаете? Поклялся!

— И смыл эту клятву своей кровью, — произнес оборотень жестко. — Для того чтобы завершить это дело с минимальными потерями, нам нужна вся имеющаяся информация. Если ты что-то утаишь, то кровь жертв останется и на твоих руках.

Это были жестокие слова. Они упали на плечи всех присутствующих, притянув наши взгляды к рыжику. Не знаю почему, но секрет его прошлого казался очень важным для будущего. Возможно, таким образом я пыталась подарить себе надежду на безболезненное решение нашей проблемы. Хотела верить, что есть способ все изменить. Исправить прошлое и переиграть будущее. Лишь бы Руян заговорил…

— Хорошо, — наконец выдохнул он, бросив на нас болезненный взгляд покрасневших глаз. — Я расскажу.

— Люди наивно полагают, что призванием могут быть лишь военные профессии. Мол, если в руках перо вместо меча, то ты — бумажная крыса. Что ж, в этом была доля истины. Выбрав профессию мифиолога, я тесно связал свою жизнь с историей. О-о-о, знали бы вы, сколько в нашем училище хранилось разных книг, свитков и хрупких фолиантов. Сколько бессонных ночей я провел над ними, путешествуя по другим эпохам, городам и странам. Я был одним из лучших на потоке. И шел довеском к лучшему из лучших. Моего напарника звали Янис Монолит.

При упоминании имени другого егеря Амир напрягся и чуть подался вперед.

— Ты был мифиологом одного из Монолитов? Достойно.

— Я тоже так считал. В роду у Яниса были нелюди, наделившие его поразительной силой и чуйкой на тварей. Не могу сказать, что мы подружились, но команда вышла отменная. Нас отправляли на самые разные задания, и мы всегда, подчеркну — всегда, возвращались победителями.

Не в силах усидеть на месте, Руян поднялся и отошел к окну, отгородившись от нас столом. Он словно заново переживал те дни, воскрешая в памяти все, что старательно закапывал.

— Это не осталось без внимания. Нас начали привечать. Руководство крепости все чаще приглашало на свои закрытые мероприятия для избранных. Я был счастлив. Мальчишка из непримечательного рода священнослужителей вдруг стал желанным гостем среди настоящих воинов! Как же я собой гордился. И рвался на новые подвиги, чтобы не потерять это чувство собственной значимости.

Янис относился ко всему более настороженно. Он был умнее меня. Знал, что за каждым поощрением скрывается невысказанная просьба. И чем сильнее тебя облизывают, тем выше будет цена.

Он оказался прав…