Книга Дарующая нити, страница 97 – Тата Верная

— Хочешь так, сделаю так!

Он яростно вбивался в меня, вжимая в подушки. Я задыхалась от невозможности вдохнуть, но он не замечал этого. Ярость душила его. А моё тело откликалось на его прикосновения. Он зарычал и излился, не доведя меня до завершения. Я пошевелилась, пытаясь сделать вдох и почувствовала его возбуждение.

— Ты только моя! Я сотру с тебя все запахи чужих мужчин! Ты забудешь имена всех, кто трогал тебя…

Он перевернул меня на спину и резко накрыл мои губы своими. Он целовал долго, жёстко, кусая мои губы до крови, гладил и царапал моё тело. А затем больно укусил метку. Я вздрогнула от боли и застонала.

— Больно? Мне было так же больно!

Он припал поцелуем к укусу, спустился к груди и начал кусать. Я взвизгнула от боли и попыталась вывернуться из-под него. Он схватил меня за волосы и прижал голову так, чтобы шея максимально оголилась.

Раздалось дикое рычание, и я почувствовала, как он сорвал кулон и цепочку с моей шеи. Боль опалила кожу, и я застонала.

— Что-ты делаешь⁈ — я изворачивалась, не давая Ивану прижать меня, но силы были неравны.

— Тебе мало меня одного, да? — он целовал мою шею, но от таких поцелуев приходила боль.

Я не могла оттолкнуть его — руки были привязаны к изголовью, — и я попыталась ударить его в пах, но он, будто предвидя мою попытку, поймал мою ногу рукой и рывком раздвинул мои бёдра.

Его поцелуи на бёдрах вызвали пожар внутри, который с бешеной скоростью разгорелся внизу живота и захватил всё тело. И тело подчинилось ему, оно выгибалось и стонало, требовало ласки и всё больше удовольствий.

А сознание… Сознание отделилось и унеслось куда-то вверх, с ужасом наблюдая за происходящим со стороны. Оно жило и страдало, в то время как тело наслаждалось и покорялось.

Пришёл момент, когда и тело перестало отвечать. Тогда Иван замер и начал к чему-то прислушиваться. Сознание вползло в растерзанное тело, и я открыла глаза:

— За что⁈ — произнесла я охрипшим голосом.

Иван резко отодвинулся, поднялся с кровати. Из-под опущенных глаз я наблюдала, как он роется в своём пиджаке.

— Это мне прислали утром, — он бросил мне конверт.

Я просто смотрела на него и не двигалась. Сил просто не было. Да и руки были несвободны.

— А это мне прислали около полудня, — он швырнул рядом телефон, отвязал одну руку, и бросил: — На этом твоя учёба закончилась!

Я смотрела как Иван подходит к двери, открывает её, выходит, закрывает. Послышался звук запираемого замка. Высвободила вторую руку, потёрла затёкшие кисти и свернулась калачиком. Мне было больно: всё тело ломило, а главное, мне было больно и страшно от непонимания происходящего.

Но тут послышались стоны. Звук исходил из телефона Ивана. На нём проигрывалось видео, где двое занимались любовью. Двое. Сначала лиц было не разглядеть, а потом появилось лицо Андрея и… моё. Так вот почему Иван обозлился. Но ведь это не повод вытворять такие вещи! Неужели он думает, что мне нужен кто-то кроме него⁈ А как же «истинность»? Или это всё ложь? Отговорки? Обида и злость захлестнули меня сильнее, чем жалость к себе.

Я рассматривала отвратительное видео, а потом отослала его Харону с просьбой выяснить, как и кем оно было смонтировано, и кто его отправил. Ответ попросила выслать Ивану на телефон и мне на почту.