Книга Дарующая нити, страница 108 – Тата Верная

В первом зашифрованном блоке говорилось, что формула эликсира подавления перемещения спрятана на могиле моей бабки Марины. Дальше шла информация о том, что с ней нужно сделать. Мне было непонятно. Поэтому я съездила на кладбище и следуя расшифрованной инструкции в дневнике нашла флэшку. Она была старенькая, такая какие были двадцать лет назад, но она надёжно сохранила информацию.

Оповестила Максимиллиана. Радости на его лице я не увидела. Но обнадёжила, что в тетради моей матери есть и информация об антидоте.

Второй блок программа расшифровала ещё быстрее. Там была формула эликсира подавления связи оборотней внутри стаи. Эту формулу я уже передала Герману, Ивану и Совету оборотней.

Третий блок долго не поддавался расшифровке, программа крутилась и крутилась, пытаясь понять, какой шифр был использован.

Днём я была занята то маминым дневником, то лекциями, то магазинами, то занятиями с Максимиллианом. И иногда даже думала, что я вполне могу жить и без Ивана. Пока не наступал вечер.

К вечеру я пыталась вымотаться так, чтобы упасть в подушку и отключиться. Не получалось. Как только тело попадало в состояние покоя, меня начинало скручивать от желания быть рядом с Иваном. Мысли метались от ненависти до желания всё простить и позволить ему делать, всё, что он захочет.

Отключалась я только к утру. Просыпалась от сильной тошноты и лежала до полудня. Это всё последствия стресса. Потому что в обед и ужин на меня нападал жор и жажда крови. Может, всё-таки сходить к врачу?

Но тут запищал ноутбук, я подскочила и увидела на мониторе сообщение об успешной расшифровке фрагмента. Прочитав расшифрованный текст не поверила глазам: третья и самая важная формула, которая формировала антидот к подавлению была зашифрована в моей крови! Мать перед тем как подбросить меня в детдом сделала мне инъекцию. Как делают прививки маленьким детям.

Моя мать использовала меня как контейнер для сохранения формулы! Поверить не могу! Чувство обиды захлестнуло, и захотелось уничтожить все расшифровки, а тетрадь сжечь. Она любила не меня, а была помешана на своей работе! И в итоге обрекла меня на сиротство и вот на это вот всё!

Боль, злость, обида перемешались во мне. Я не смогла удержать контроль и обернулась. Пулей вылетела из дома и ринулась к деревьям. Мне удалось обуздать волчицу, поэтому за пределы поместья мы не вышли. Рядом я всё время ощущала других волков, но близко они не подходили. Выбившись из сил, я вернулась и уехала в нашу больницу.

Когда я вернулась к ужину, поймала на себе беспокойные взгляды Германа и Максимиллиана. Вызвала их в кабинет, вручила им ампулы со своей кровью и переслала расшифровку текста на почту. Разговаривать ни с кем не хотелось, поэтому просто переместилась к себе в комнату и заперлась.

— Марина Рудольфовна, — голос Марка звучал спокойно и настойчиво, — у меня для вас важная информация.

Полежала молча. В голове было пусто и тошно. Разговаривать ни с кем не хотелось. Те, кто стучался и не получал ответа, уходил. А Марк стучал настойчиво. Всё равно не открою! Не хочу никого видеть. Только Ивана! Мысли снова закрутились вокруг моего мужа. Нет! Не вернусь! Сделав такое единожды, сделает ещё раз! Это я прочитала и на форумах, и на открытых консультациях психологов. И всё же.