Книга Рассказы горе-ведьмы. Тайна заколдованной колоды, страница 49 – Юна Пир

— Так, котик, давай сначала перекусим, а потом пойдём искать твоего научного сотрудника. Как бишь её там, Кира Кирилловна? – Я заглушила двигатель и потянулась к рюкзаку.

— Мора, – добавил Вафля, кивая и принимая еду прям из моих рук, – только она старший научный сотрудник.

Я одной рукой кормила кота, а другой себя, откусывая бутерброд, чтобы не тратить время. Очень хотелось побыстрее свалить подальше от болот со змеями и вернуться в тёплую уютную квартирку.

— Что за фамилия такая? Мора? И кто девочку Кирой мог назвать, если папа Кирилл? Это ж без стакана не выговоришь. Кира Кирилловна Мора! Смех!

И тут кусок застрял у меня в горле от страшной догадки.

Я откашлялась и, глядя в глаза коту своими округлившимися, спросила:

— Кира Кирилловна Мора – это Кикимора, что ли?! Ты к кому меня привёз, деспот?!

— Кики – цивилизованный член общества, как и мы с тобой, – защищался Вафля. – Есть нечисть, которая так и живёт по лесам и болотам, а есть те, которые стараются ассимилироваться в современном обществе. И, естественно, используя свои вековые знания.

— Ну нет, котик! Нечисть – она и в академии наук нечисть, и ничто её не исправит! Кровь – не водица, знаешь ли! Своё покажет! – возмутилась я.

— …Сказала та, которая о реальном существовании нечисти только что узнала, – ехидно заметил кот. – Ты её даже ещё не видела, а уже предвзято судишь.

Мы закончили свою скромную трапезу, я запихнула остатки еды в рюкзак и вышла из машины, забросив его на плечи. Кот пошёл сам, держась рядом, как хорошо обученный пёс. Понятно, что знакомиться с Кикиморой мне совсем не хотелось.

Домики на территории биостанции заказника знавали лучшие времена. Я было направилась к самому большому зданию, где группа школьников ожидала начала экскурсии, но кот тихо шикнул и пошёл по направлению к маленькой избушке, похожей на домик Бабы-яги из легендарных фильмов Александра Роу.

Поравнявшись с котом, я услышала:

— Она здесь. Я чую.

На домике красовалась табличка «Музей ядовитых растений». Ну конечно, я даже не сомневалась!

В избушке было жутко холодно. За массивным деревянным столом сидела интеллигентного вида склонная к полноте женщина непонятного возраста, так как она была не накрашена, а на переносицу водружены очки в толстой роговой оправе. Волосы цвета меди аккуратно собраны в пучок. Одета в телогрейку, длинную вязаную юбку и резиновые сапоги. По моим прикидкам, ей могло быть от сорока пяти до семидесяти лет. Когда мы вошли, она сначала приветливо улыбнулась, но когда увидела кота, радость стекла с её лица как воск со свечи.

Спустив очки к кончику носа, она сразу обратилась к Вафле:

— Смотрю, не сдох ещё, шерстяной? Бегаешь?

— И тебе не хворать, Кики, – будто не замечая грубости, ответил Варфоломей, запрыгивая на лавку, а с лавки на стол, на котором Кира Кирилловна до нашего прихода раскладывала кучками сушёные растения, видимо, ожидая экскурсантов.

— И человека нового завёл? – злобно покосилась она на меня.

— Я не блоха, чтобы заводиться, – обиженно, но тихо огрызнулась я.

— Кусается, – одобрительно улыбнулась Кикимора. – Так чего пожаловали?

— Хотим забрать то, что тебе на хранение отдавал, – буравя взглядом Кикимору, пояснил кот.

— Так запамятовала я, дорогой, что ты оставлял. Лет сто поди прошло… – старший научный сотрудник не успела договорить, как вдруг на неё напал сильный кашель, да такой, что не вздохнуть.