Книга Истинным злодеям свет (не) к лицу, страница 105 – Рина Чар

Наступал рассвет.

— Предатели! Вы все — жалкие, ничтожные предатели! — истошно вопил Аурелий, безуспешно дергаясь в крепкой хватке гвардейцев.

На его запястьях уже сомкнулись антимагические кандалы. Его хваленый свет больше не источал благодати — теперь регент выглядел просто как потерявший лицо мальчишка. Он брызгал слюной и сыпал проклятиями, тыкая дрожащим пальцем то в Аврору, которая невозмутимо гладила свою призрачную золотистую лисицу, то в замерших в оцепенении лордов, то в сторону пустоши.

Он называл нас изменниками, но на деле единственным предателем Империи был почивший император. Тот, кто продолжал скрывать от всего мира правду, предпочитая безжалостно выжигать любую магическую аномалию, лишь бы не делить ни с кем власть. И сейчас эта иллюзия рассыпалась у его сына.

Я шагнул было вперед, чтобы ответить Аурелию колкостью, но угнетающую пустоту, которая бывает только после тяжелой битвы, внезапно прорезал бешеный стук копыт.

Взмыленный гонец, не обращая внимания на сумятицу и арестованного кронпринца, спрыгнул с коня, рухнул на одно колено и склонил голову, едва не коснувшись лбом земли.

— Ваши Высочества… Милорды… — с содроганием произнес вестник. — Император скончался.

Новость ударила по площади подобно грому.

— Всё хорошо? — тихо спросила Роксана, подходя ко мне.

Она не смотрела на гонца, её цепкий взгляд скользил по площади, оценивая последствия ночного бедлама и контролируя уборку.

— Да. Оставляю дальнейшее на тебя, — накрыл её прохладную ладонь своей.

Она обеспокоенно осмотрелась, задержав взгляд на пустующем балконе.

— Принцесса Селеста, видимо, уже ушла порталом. Не стала терять времени.

— Тебя это волнует? — иронично приподнял я бровь.

— Нет. Я знаю, что ты сделаешь правильный выбор, — тепло улыбнулась она, глядя мне в глаза. — А я тебя в любом случае поддержу. Тем более что накануне я уже выбила из неё весьма выгодные условия.

Роксана замолчала, переведя помрачневший взгляд на кучки сизого пепла, оставшиеся от тех диких, которых всё же успел сжечь Аурелий.

— Я просто не хочу, чтобы подобное когда-либо повторилось, Деймос.

Мне до безумия захотелось прямо здесь расцеловать свою сумеречную леди. Сгрести в охапку, перекинуть через плечо, послать к бездне всю эту Империю и утащить её в нашу неприступную крепость. Но вокруг было слишком много зевак, гвардейцев и напуганных людей. А жаль…

— Согласен, — нежно приподнял её за подбородок и, не сдержавшись, коротко поцеловал в лоб. — Скоро увидимся.

* * *

Был созван экстренный совет.

Я шел по коридорам дворца в зал собраний, чувствуя непривычную пустоту по правую руку. Роксана, как и Аврора, которая стала зачинщицей этого события, не могла прийти.

Пока мы официально не обменялись брачными клятвами, для этого сборища снобов моя сумеречная леди оставалась дочерью ван Дерн, которой не было места за столом, где решалась судьба короны.

Отвратительное чувство. Нужно срочно решить это недоразумение.

Впрочем, мне не нужно было её присутствие, чтобы знать, за что бороться. Накануне этого ночного безумия я прижал её к себе в спальне Эллизиума и снова задал вопрос:

«Чего желает моя сумеречная леди? Трон? Скажи слово, и ты станешь императрицей. Новые герцогства? Это устроить еще проще».

Она тогда рассмеялась, запрокинув голову. А потом обхватила мое лицо ладонями и ответила, что у меня перехватило дыхание: