Книга Смерть по скидке или Попаданка под подозрением, страница 2 – Кая Вереск

— Это… я? — осторожно уточнила я.

Все молчали, и это начинало напрягать.

— Вы не помните, что сделали? — Второй стражник чуть прищурился.

Хороший вопрос. Я вообще не помнила, как оказалась в комнате, где люди выглядят так, будто сейчас начнется казнь.

— Если честно, — сказала я максимально спокойно, потому что паника — это для слабаков, — я не помню даже как сюда попала.

— Она… не помнит, — медленно произнес первый.

— Или притворяется, — добавил второй.

Я вздохнула и, как обычно в своей жизни, сказала правду.

— Слушайте, если бы я притворялась, я бы выбрала роль получше. Например, богатой вдовы. Или хотя бы человека, который понимает, что происходит.

Тишина затянулась, под их взглядами стало совсем неуютно. Никто не проявлял открытой враждебности, но и дружелюбием здесь не пахло. Люди наблюдали за мной с настороженной сосредоточенностью, словно пытались понять, насколько опасно подпускать меня ближе.

По спине пробежали мурашки. Создавалось впечатление, будто вопрос о моей виновности для них давно решен, обсуждению подлежали лишь последствия.

Где-то внутри меня прозвучала мысль: «Поздравляю! Ты умерла, и, кажется, попала в проблемы по подписке «Премиум +»».

Дверь снова открылась, и в комнату вошел мужчина. Он был высоким, значительно выше большинства присутствующих, и обладал той опасной внешностью, которую невозможно назвать просто красивой. Мне почему-то подумалось, что этого человека точно лучше не злить.

Он смотрел на меня так внимательно, что спустя пару секунд я начала всерьез подозревать, что этот человек умеет читать мысли. А потом раздался низкий баритон этого мужчины. Я поняла две вещи: во-первых, меня здесь прекрасно знают, во-вторых, принимают явно не за того человека, которым я являюсь на самом деле.

— Вы идете со мной, — сказал он таким тоном, каким обычно говорят «у вас пять минут, чтобы попрощаться с жизнью».

Это не было приглашением. Это было утверждение факта, не предполагающего возражений или лишних вопросов.

Я оглядела комнату в поисках хоть кого-то, кто скажет «Это шутка» или «Вас снимает скрытая камера, вы в шоу». Но никто не сказал.

— А если я откажусь? — на всякий случай уточнила я.

Он чуть усмехнулся, и от этой улыбки мне почему-то стало не по себе.

— Тогда вас понесут, — коротко ответил он. — Выбор за вами.

Учитывая, что выбор стоял между «идти на своих двоих с остатками достоинства» и «быть доставленной волоком, как коробка с мебелью из ИКЕА», я выбрала первый вариант.

Меня привели на допрос в какую-то темную комнату, где не было ничего кроме стола, стула и небольшой лавки у стены. Ни окон, ни картин, ни намека на то, что здесь хотя бы иногда бывает светло и хорошо. Сразу возникла ассоциация с комнатой допроса из американских сериалов, где плохой полицейский выбивает правду из человека исключительно лампой в лицо и фразой: «Не усложняй. Мы знаем, что ты делал прошлым летом».

Меня усадили за стул. Он остался стоять, видимо, чтобы сохранить преимущество надо мной и ощущение полного контроля над ситуацией. Затем взмахнул рукой, и я почувствовала, как запястья стянуло веревкой. Обычная на вид веревка, которая появилась из ниоткуда и обвилась вокруг моих рук.

— Мать моя, женщина! Это что, магия?! — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать, что, наверное, стоило бы выглядеть чуть более напуганной, и чуть менее восхищенной. Я заворожено повертела связанными руками.