Книга Секретарь дракона, страница 33 – Алекс Мара

Для кого⁈

Листаю словарь, нахожу букву «а». Аниит. Зря посмотрела. Кроме как «конец», у этого слова оказывается и второе, вполне логичное значение — смерть.

Аниит тебе, Алекса Болконская.

23

Слово «аниит» не даёт расслабиться. Я замурована в доме, где мне только что обещали «аниит». Конец или смерть. Я не могу позволить себе такую роскошь, как риск. Я мать-одиночка, а это накладывает огромную ответственность. Где этот чёртов Рейн? Смотрел на меня через стекло со своим папочкой. Нет чтобы зайти и спасти меня. Явно ведь регенерация закончилась, так где он, доблестный рыцарь? Я ему дом в деревне обустроила, во дворце всех построила, а он… Пусть явится сюда, и я устрою ему полный аниит. Хочу узнать всю правду, причём прямо сейчас.

Луплю кулаками по двери, подзывая охрану. Они открывают дверь, но не приближаются ко мне, смотрят с опаской.

— Я учу ваш язык. Проверьте, пожалуйста, произношение. — Читаю первую попавшуюся фразу из словаря.

Охрана переглядывается, нехотя поправляют моё произношение.

После нескольких фраз, когда они расслабляются и становятся менее подозрительными, я произношу вопрос, заданный правителем. Тот самый, который либо про виноград, либо про смертельную опасность под название камишьт. Повторив её пару раз для отработки произношения, интересуюсь её значением.

— «Уверен, что справишься с такой опасностью?» — снисходительно объясняет охранник. Удачно, что предыдущая фраза была про собаку, поэтому вопрос не вызывает у него подозрений.

— Спасибо. Последний вопрос. — Демонстративно листаю словарь, а потом перехожу к главному. — Что такое аниит?

Охранник качает головой.

— Нет, про смерть собаки говорят «ниуаре». Аниит — это ритуальная смерть высшего существа.

— Ка…к-кая? Ритуальная? Какого существа?

— Высшего существа — дракона, оборотня или человека. К ритуальной смерти приговаривают самых сильных врагов.

Следующие несколько минут выпадают из моей жизни, как лист из книги. Судя по всему, веду я себя вполне адекватно, потому что не вызываю подозрений у охраны. Однако, когда наконец прихожу в себя, обнаруживаю себя стоящей у окна, прижимая к груди рубашку Кнопочки. Похоже, талисману придётся очень сильно потрудиться, чтобы подарить мне достаточно удачи в этот раз.

В гневе ударяю кулаком по оконной раме, случайно задевая силовую решётку. Только почувствовав холод, понимаю, что касаюсь стекла. Нити драконьей магии, которой защищены окна, не способны меня остановить, пропускают меня наружу. Касаюсь ладонями оконного стекла. Они проходят сквозь нити, как будто те всего лишь обычные лучи света. А ведь я видела, как, принося еду, охранник случайно задел решётку и отлетел в сторону.

На улице перед домом никого нет. Я могу выбраться из окна и сбежать.

Что делать?

Кому верить? Вчерашнему Рейну, который примчался ко мне полуживой и обгорелый и приказал бежать, чтобы спастись, или сегодняшнему, который смеялся с правителем и говорил о ритуальной смерти?

Ответ приходит быстро — надо бежать, второй такой возможности может и не быть. Доверять нельзя никому. Гостей, прибывших на помощь, не держат взаперти, не ставят за стеклом, чтобы разглядывать, как игрушку, и не держат в полном неведении.

Снова стучу в дверь и сообщаю охране, что сегодня не буду ужинать и прямо сейчас ложусь спать.