Книга Драконова Академия. Книга 5, страница 53 – Марина Эльденберт

Ну и третьей была вишенка на торте. Темные драконы рождались в яйцах. То есть например, если это был полукровка, как когда-то Валентайн, он рождался в яйце чуть поменьше. И выглядел как человек, а не как драконенок. Тем, кому повезло развиваться во чреве темной драконессы, рождались в яйцах в драконоформе, оборачивались с помощью родительской силы, и таким образом закреплялась их связь с родом.

Не сказать, что меня это порадовало, потому что заклинание «антимесячные» мне Валентайн так и не разрешил ставить.

— Я не против наследника от тебя, Лена, – сообщил он мне. – Попытаешься как-то воздействовать на свою женскую суть заклинанием или зельем – очень сильно пожалеешь.

В том, что пожалею, я не сомневалась. Как-то я задержалась в библиотеке дольше положенного, так Валентайн явился туда за мной и долго, во всех позах показывал мне, что так поступать нельзя. После этого я неделю туда не ходила. И вообще никуда не ходила, потому что не могла.

Темная магия, видимо, меняла и меня с каждым днем, потому что во мне не осталось даже места ненависти. Моя темная суть превращала меня в подобие существа, не способного ни на жалость, ни на ярость, ни на сострадание, ни на вообще какие-либо сильные чувства. Оставалось только догадываться, как они тут все с этой пустотой живут и не вешаются лет в семь от безысходности.

Впрочем, Валентайн вон подростком сбежал. Точнее, попытался. Но все равно молодец, попытка была зачетная.

Такого цинизма во мне теперь было хоть отбавляй. Цинизма, а еще холода, с которым я засыпала и просыпалась. Все меньше в моих мыслях становилось места для прошлого, для того, что когда-то было моим светом и надеждой. Образы Люциана, Сони, Ярда, да даже всех остальных – магистров, адептов, образы воспитавших меня людей и других знакомых из мира, в который меня забросила Эвиль, тускнели и затирались, как рамы старинных зеркал. Я уже не была уверена, что мне хочется к ним прикасаться, да и, если честно, сожалений по этому поводу тоже не было.

Разве что иногда, развлечения ради, я размышляла, как Люциан воспользовался выпавшим ему вторым шансом на жизнь. Но крайне редко, и ничего особенного мне в голову не приходило. Кроме того, что он вспоминает обо мне, как о той, кого ему так и не удалось трахнуть. Ну и готовится к свадьбе с Женевьев заодно.

Словом, собрав определенный багаж знаний о темных заклинания и силище темной магии, о драконах, которые живут по эту сторону границы, о мире, я все равно не могла этим воспользоваться. Потому что на мне по-прежнему были блокирующие магию цепи, начиная с ошейника и заканчивая браслетами. Но в принципе и не только.

Валентайну очень нравились цепи на мне, поэтому я могла весь день провести обнаженной, в одних цепях. Когда их звенья холодными змеями струились по моему телу, впиваясь в ягодицы, в грудь, между ног – и это был единственный мой наряд.

Так себе отпуск в готичном замке, поэтому сегодня я была не в настроении. Во-первых, потому что у меня была задержка в три дня. А во-вторых, потому что сегодня Валентайн должен был вернуться после обеда, а не ближе к вечеру, и день обещал быть просто феерично отвратительным.

Но все пошло не по плану.

Для начала велиферты, дежурившие в покоях изнутри, подозрительно обернулись. Потом почтительно расступились на распахнувшиеся двери и склонили свои буйны головы.