Книга Возвращение, страница 75 – Наталия Мет

— Алё.

— Рия, добрый вечер. Прошу прощения за беспокойство. Это доцент Мешков.

— Что Вы хотите? – устало вздохнула Рия.

— Я привёз Вам письмо от графа Воронина. Где и когда я могу передать его Вам?

— Я сейчас приеду. Диктуйте адрес.

* * *

Рия три раза перечитала письмо Иллариона. Как странно было получить послание от человека, жившего двести лет назад, словно он просто жил в другом городе! Письмо было написано ровным, каллиграфическим почерком. Илларион подробно поведал обо всём, что произошло с ним после возвращения. Он рассказал о заключении Алины и её освобождении, о сбежавшей в Италию жене. Илларион писал о том, что жизнь без Маши стала для него адом, все мысли его только о ней одной. Он умолял любимую подумать о телепортации в 19 век. Илларион написал, что намерен добиться развода с женой, чтобы иметь возможность соединить свою судьбу с Машиной. Он писал, что готов отдать всё, что у него есть, за возможность быть с Машей. Драгоценности, которые можно продать, он передаст с Алиной. Вырученных денег должно хватить на ТПК. Две последние страницы были о любви, о том, как ему плохо без Маши и как он мечтает увидеть её.

Рия в задумчивости ходила по своей малюсенькой квартирке. Прежде у неё были сомнения. Сейчас она со всей ясностью поняла, что больше всего на свете желает провести жизнь с Илларионом. Что её держит здесь? Ничего. У неё нет родственников, с которыми тяжело было бы расстаться. Из журнала она ушла. Пугало лишь то, что ей будет сложно освоиться в 19 веке. Её образование недостаточно для того, чтобы стать графиней Ворониной, за которую Иллариону не будет стыдно. Рия не знала французского, не умела танцевать. Да что там, она и платья-то носить не умела! Что будет, если Илларион разлюбит её? Пути назад ведь не будет. Здесь привычный мир, бывшие коллеги, которые за время работы в журнале стали друзьями. А что ждёт её там, в прошлом? Неизвестность страшила, но не больше, чем безнадёжная тоска по Иллариону. Рия решилась.

* * *

Алина вошла в столовую. Просторное помещение с французскими окнами и высокими потолками больше напоминала ресторан. Столики на четверых, накрытые белыми скатертями, цветы в фарфоровых вазочках, мягкие стулья, приглушённая музыка. Девушка села за свободный столик. Место напротив неё занял Кирилл. Он нажал на зелёную кнопку. Через минуту к их столику подкатила самодвижущаяся тележка с едой. Кирилл переставил на столик тарелки с аппетитно выглядевшими блюдами, стаканы с соком.

— Ешь, Алина. Прости, но мы все здесь на «ты». Это помогает легче найти общий язык и создаёт почти семейную атмосферу в клинике.

Алина, взяв ложку, принялась за грибной суп. Большинство пациентов ели молча. Их лица оставались бесстрастными, словно маски. На них читалось безразличие к происходящему вокруг. Одна лишь Жанна что-то эмоционально вещала мужчинам, сидевшим за её столиком.

— Кирилл, а много обслуживающего персонала в учреждении?

— Нет, не много. Большинство функций выполняют роботы. Медперсонал, охрана, садовник, повар, завхоз. Всё, пожалуй. Ты увидишь, здесь многое автоматизировано.

— Я не видела ни одного врача, кроме тебя. Вы не носите белых халатов?

— Нет. Человек в белом халате безотчётно вызывает тревогу и страх у большинства пациентов. Поэтому мы надеваем такую же униформу, как и пациенты. Это сближает и вызывает доверие. Что у тебя с лицом? Тебя били?