Книга Возвращение, страница 54 – Наталия Мет

— Благодарю Вас, мадам, мне уже лучше. Я немного не здоров, - ответил Валерий, попытавшись встать с земли.

— Нет-нет, не нужно. Я позову лакея, он поможет Вам дойти до кареты.

— Не извольте беспокоиться, я вправду уже в порядке. Позвольте поблагодарить Вас за участие. Я не представился. Мешков Валерий Альбертович, надворный советник.

— Княгиня Кугушева Надежда Ивановна. Мне не составит труда отвезти Вас. Назовите адрес.

— Я направлялся в Усово, поместье графа Воронина.

— О, это довольно далеко. Мы сделаем вот что. Доедем до нашего дома, я выйду, а мой кучер доставит Вас до места.

— Право, Ваше сиятельство, мне неловко беспокоить Вас. Я могу нанять извозчика.

— После дождей, прошедших на прошлой неделе, не много найдётся охотников везти Вас по разбитой сельской дороге, превратившейся в жидкое месиво. Воспользуйтесь моей каретой. Меня это не обременит. Вы чем-то похожи на моего сына. Мне приятно оказать Вам небольшую услугу.

— Вы очень любезны, Ваше сиятельство.

* * *

Валерий достал часы. Уже два часа он трясся в карете. Отчего-то прежде представлялось, что езда в карете с гербом комфортная, плавная. Экипаж был просторным, с мягкими сиденьями, обтянутыми зелёным бархатом. Отодвинув шёлковую занавеску, Валерий смотрел в оконце, за которым медленно проплывали деревеньки с почерневшими бревенчатыми избами, бескрайние поля, перелески и снова поля с колосящейся пшеницей, волнующейся, словно золотистое море. Простор! Мешков вдохнул полной грудью упоительно свежий воздух. От резкого толчка он едва не ткнулся головой в противоположное сиденье. Карета накренилась.

— Что там? – спросил Мешков кучера, нехотя слезавшего с козел.

— Барин, в яму колесо попало. Дорогу размыло.

— Сумеешь вытолкнуть?

— Не, не выдюжу. Подмогнуть надобно. Можа кто навстречу поедет.

Мешков распахнул дверцу, откинул подножку и спрыгнул в липкую грязь, испачкав новенькие ботинки.

— Берись с той стороны, а я с этой. Толкаем!

Забравшись в карету, Валерий с сожалением посмотрел на испачканную обувь и края брюк. А ведь был таким франтом! Мешков представил, как Алина усмехнётся, окинув его презрительным взглядом. В груди разлилось тепло. Как же ему нравилась эта девочка! Валерий понимал, что у него нет ни единого шанса завоевать её. Где ему тягаться с Трусовым или с Перовским! Двадцать лет разницы – это не шутка. Это целая жизнь. Та часть его жизни, в которой не было Алины.

Вся та жизнь представляла собой череду несчастий и бед. Гибель родителей в автомобильной аварии. Четырёхлетняя сестрёнка, оставшаяся на руках у него, двадцатилетнего парня. Крах удачно начинавшейся спортивной карьеры. Яркой кометой пронеслась по его жизни Галя, подарившая три года счастья и сына. А потом крушение самолёта, на котором летела на море его семья. Год непроглядной тьмы, из которой вытянула сестрёнка – его светлый ангел. Потом была заочная учёба в университете, преподавание на кафедре истории боевых искусств. Замужество сестры, неудачное. А потом этот его резкий виток в сторону стилистики и культуры речи, увлечение 19 веком. Зачем, почему? Валерий и сам не понимал, зачем это ему, уставшему от жизненных невзгод, человеку. Изучая 19 век, он словно переносился в иной мир, проживал иную, наполненную счастьем и светом, жизнь. А потом среди его студентов появилась Алина - девушка, которая заставляла его сердце биться чаще, от одного взгляда на которую сносило крышу. Он, как мальчишка, цеплялся к ней по пустякам, лишь бы она посмотрела в его сторону. Нет, он ни на что не рассчитывал, понимая, что его шансы равны нулю. Но сердце не желало ничего понимать.