Книга Таро, или Император в жёлтой шапке, страница 24 – Наталия Мет

— Ты даже с Новым годом не поздравил, — не сдавалась Рита, хотя сердце её тревожно забилось от радостного предчувствия.

— Признаю, я поступил эгоистично и даже подло. Но ты ведь простишь меня, милая? Марго, можно я приеду? Ты ведь знаешь, не люблю я по телефону, мне живое общение нужно. Глаза твои хочу видеть, тепло рук чувствовать, твой аромат, — он сделал паузу, дав девушке время на размышления. — Марго? Я приеду?

— Слав, признайся честно: ты женат? — всё-таки задала вопрос, лишавший покоя.

— А этот факт поменял бы твоё отношение ко мне? Не волнуйся, моя кошечка, я не женат. Не веришь — паспорт покажу. Так я приеду?

— Нет, я не хочу.

— Не верю. Я по голосу слышу, что хочешь. Я паспорт захвачу. Безумно хочу обнять тебя. Я больше ни дня не выдержу. Марго, можно я приеду?

— Приезжай.

— Шапку мою привёз? — Жанетта чмокнула сына в щёку.

— Да привёз, привёз. Мать, не ожидал от тебя такой подлянки, — Миша с трудом сдерживал раздражение. — Ты зачем Рите сказала, что Шарль — это я?

— Я не собираюсь изменять своим принципам и лгать людям в угоду кому либо, даже тебе, — воинственно вскинула подбородок Жанетта.

— А я и не заставлял тебя врать. Могла бы просто промолчать. Тот случай, когда небольшая ложь пошла бы во благо. А теперь я потерял дорогого для меня человека. По твоей милости.

— Куртку снимай, что мнёшься у двери? — Жанетта опустила глаза, чувствуя свою вину. — Пойдём в дом, поговорим по-людски.

— Не сейчас. Поеду я, мам. Хреново мне. Душа болит. Мог бы — разрыдался, да не приучен к проявлению слабости.

— Раздевайся, я сказала, и иди в дом! Холодно, здесь не протоплено, — мать. поплотнее запахнула наброшенную на плечи шаль. — Ты влюбился что-ли? За неделю?

— Ма, Рита нравится мне. Очень нравится. Да, схитрил. Да, воспользовался. Но не со зла же! А она рубанула с плеча, даже выслушать не захотела. Я ведь как думал: раз просила расклад аж на двух мужчин, значит ни тот, ни другой ничего особо для неё не значат. Согласна? Вот я и отсёк всё это, освободил её от любовных зависимостей. Оказал услугу психотерапевта, можно сказать.

— Мишань, уж прости, но ты-то чем лучше её ухажеров-то? Такой же манипулятор. И вообще, я понять не могу, чем тебя эта девица зацепила. Обычная вертихвостка. Два ухажера одновременно! И ведь ей, заметь, не шестнадцать. Сколько их ещё было у неё. Кстати, я сделала для неё новый расклад и чётко увидела, что и те, и другие отношения ещё не завершены и будет продолжение.

— Ма, не надо. Ты её совсем не знаешь. Ты всегда была мудрой и тактичной. Включи женскую солидарность. И сохраняй тайну расклада. Это же сродни врачебной тайне.

— Я действую в благих целях, защищая интересы своего ребёнка.

— Рита … она не такая, как остальные. Она добрая, серьёзная, трудолюбивая.

— Это она тебе сказала?

— Нет. Я расспрашивал о её работе. Она пашет там от рассвета до заката и сама обеспечивает себе достойную жизнь, не рассчитывая на чью-то помощь или спонсорство. Это, согласись, достойно уважения по меньшей мере.

— А с чего ты взял, что она добрая?

— Она соседку старенькую в больнице навещает, заботится.

— За квартирой охотится?

— Да нет же! Ма, почему тебе везде охотницы за деньгами мерещатся? Нет в ней этого, иначе не стала бы встречаться со мной.