Книга Академия М.О.С. Т, страница 21 – Алла Султанова

— И как мне с таким справиться?

— Тебя научат ставить щиты, — ответил он и с усмешкой добавил: — а пока, наслаждайся.

Меня обдало его жгучим желанием и, ощутив ответное волнение, потребовала:

— Прекрати!

— Нет, — усмехнулся Дима.

— Как от этого закрыться⁈ — выпалила я, чувствуя, как горят щёки.

— Мысленно надень на себя пакет.

Тыльной стороной ладони смахнула со лба испарину и начала визуализировать на себе полиэтиленовый пакет.

— И как? — поинтересовался он, скользнув по мне плотоядным взглядом.

Ощутив сладкую дрожь, я мученически закрыла глаза.

— Ужасно…

Дима тихо рассмеялся.

— Прости. Больше не буду.

Мы вышли из сквера и направились к проспекту Революции. Воронеж просыпался. Люди спешили, мимо проносился огромный поток машин, пахло кофе и, где-то вдалеке играла музыка.

— Вон там кинотеатр «Спартак», — я указала на большое светлое здание, — я часто сюда хожу.

— Красивое, — сказал он, остановившись на мгновение. — Давно построено?

— Не знаю, — я пожала плечами и, увидев укор во взгляде Димы, спешно добавила: — оно тут стоит всю мою жизнь.

— Ну… Не так уж и долго, — усмехнулся он и с лёгкой иронией произнёс: — относительно вечности.

Хмыкнув, я пошла дальше. Дима последовал за мной.

— Это «Утюжок», — я кивнула на серый дом.

— Почему? — удивился страж, изогнув бровь.

— Кажется… его так называют из-за того, что он напоминает утюг.

Дима поднял голову.

— Хм… — он оглядел здание. — Сомнительно.

— Вон там «Пролетарий». Тоже кинотеатр. — Я остановилась около пешеходного перехода. — Но я туда реже хожу.

— Почему? — спросил Дима, разглядывая проезжающие автомобили.

— Привыкла к «Спартаку». Мне там уютнее.

На светофоре загорелся зелёный свет, и мы зашагали по «зебре». Затем прошли мимо зданий, памятника поэту Никитину и, обойдя кинотеатр, вышли на тротуар.

— Проспект Революции, — торжественно объявила я. — По моему мнению, главная улица Воронежа.

Страж посмотрел по сторонам.

— Суетной перекрёсток.

— Согласна, — вздохнув, задумчиво произнесла: — я никогда не покидала город… и мне не с чем сравнить. Но он мне нравится. Многие его не любят… Бегут из него. А я здесь счастливо живу…

— С самого рождения? — уголки его губ дрогнули.

— Да! — я гордо вскинула подбородок и, ощутив поток чужих эмоций, едва слышно пробормотала: — блин, будто в улей попала…

— Ты о чём? — спросил страж, заметив мою бледность.

Он остановился и повернулся ко мне. Увидев в его глазах беспокойство, я слабо улыбнулась.

— Раньше я просто чувствовала, о чём думают люди, — начала говорить я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, — а сейчас, будто слышу их мысли. Это как жужжащий рой пчёл над ухом.

Дима нахмурился. Его челюсть напряглась. Я, не ощутив его эмоциональное состояние, поняла, что он пытается сдержать своё волнение, чтобы не усилить моё гнетущее состояние.

— Твой дар вырывается, — серьёзно проговорил он, — не сопротивляйся. Позже будет проще. Твоё тело привыкнет к этому потоку.

— Ох… Надеюсь… — выдохнула я.

Мы пошли дальше. Я продолжила ему рассказывать о городе, о его улицах, о достопримечательностях, о людях, которые здесь живут.

Я попыталась сосредоточиться на разговоре, но эмоции людей буквально обрушивались на меня со всех сторон. Я чувствовала их раздражение, радость, усталость, надежды и страхи. Где-то впереди женщина спешила на работу и злилась на пробки. Слева от меня мужчина радовался чему-то. Я чувствовала переживания всех людей, находящихся в радиусе пяти метров. Это было ошеломляюще.