Онлайн книга «Осень со вкусом кофе. Коллекция уютных историй»
|
«Тот самый, – промелькнуло в голове, – который пялился на ананасы». — Отдай! – строго сказала Ева. – Это моё. …Телефон был тёплым и немного липким – ладони у белобрысого вспотели. На экране высвечивалось имя, которое она уже не надеялась увидеть. Ива. Дрожащим пальцем Ева тыкнула в зелёную иконку и ответила: — Привет? В трубке шмыгнули носом, засопели… А потом Ива сказала скороговоркой, словно ужасно боялась расплакаться окончательно и так и не договорить: — Привет. Знаешь, я ужасно соскучилась… Прости, пожалуйста, что не звонила тебе. Я сначала долго болела, а потом, ну, стало неудобно. Вдруг у тебя уже другие друзья… — Ты моя лучшая подруга! – выпалила Ева, чуть не уронив телефон. – Прости меня тоже! Я очень хотела позвонить, но бабуле операцию делали, а ещё учёба началась, и как-то неловко было уже звонить… А приходи в гости! – неожиданно для самой себя предложила она. – Я научилась моти делать! Они только на втором курсе, но я попросила препода, и он научил, а я… Придёшь? Я очень скучала… «…Я ради тебя не стала уезжать», – хотела она сказать, но не сумела. Голос предательски сел. Еву душили слёзы. И всё же сейчас решение, которое мучило её последние месяцы и заставляло злиться на всех, казалось очень-очень правильным. Словно все трудности и сомнения остались позади… «Оно того стоило». — Приду, – твёрдо ответила Ива. – У меня уже нога почти не болит. Прямо после работы и забегу! Договорились? — Договорились! Ева нажала на отбой. Перед глазами была пелена; по щекам, по шее текли слёзы, и даже воротник стал уже весь мокрый. Но тугой болючий узел в груди, который прежде не давал покоя и заставлял беситься от собственной беспомощности, наконец-то ослаб и распустился. А взамен сложился гармоничный узор, в котором одна связь дополняла другую. Она и Ива; она и бабуля; бабуля и Потап Семёнович; все они вместе – и этот город. Как яркие шерстяные нитки, когда вяжешь игрушку. Ева ощущала себя лёгкой – и сильной, прямо как ветер, который дует с моря. Она шмыгнула носом, строго посмотрела на белобрысого мальчишку сверху вниз и спросила: — Как тебя зовут? Он пробормотал что-то вроде «а то ты сама не слышала» и буркнул в сторону: — Артём. — А я Ева. Дай лапу, – приказала она. И, крепко сжав холодную, влажную ладонь, тихо произнесла: – Тебе сейчас стыдно? Страшно? Хочешь, чтоб я исчезла? И весь этот ломбард? Не отвечай, я сама вижу. А будет ещё хуже! Знаешь почему? Потому что всех, кто ворует сумки и тащит кошельки, рано или поздно ловят. Это статистика такая. Не ловят тех, кто остановился и бросил… Остановись сейчас. Белобрысый Артём дёрнул рукой, чтобы освободиться, и промямлил, глядя в сторону. — Я… — Ты мне сейчас можешь что угодно наобещать, – продолжила Ева и стиснула пальцы сильнее, почти до боли, точно создавая ещё одну прочную связь… протягивая ещё одну нить – между ней и этим мальчишкой, который совсем запутался. – Просто чтоб я перестала. Но ты правда должен остановиться. Понимаю, что тебе деньги нужны… Мне, если честно, тоже. Поэтому я второй день сижу и вяжу дурацкие игрушки для дурацкой благотворительной ярмарки. Хотя ненавижу вязать! Но иначе дополнительные баллы и повышенную стипендию не получить. Сколько тебе лет? — Четырнадцать. — С четырнадцати можно уже работать, если разрешает один из родителей и опека, – ответила она твёрдо и уверенно. И добавила мысленно: «А ещё наступает ответственность за совершение кражи». Вслух же продолжила: – Я знаю, потому что летом подрабатываю всегда. И осенью, на каникулах! Я могу перечислить тут все кафе, магазины и фермерские хозяйства, куда берут на подработку школьников. И тебе расскажу! Если надо, схожу к твоей маме и уговорю её разрешить. И в опеку вместе сходим, там хорошая тётка работает, она всё понимает… А теперь посмотри на меня, пожалуйста, и пообещай, что больше не будешь воровать. |