Книга Грани предательства, страница 50 – Елена Ткачева

Теперь она понимала разницу между тайной и личной болью.

Виктор не отказывался говорить.

Он просто ещё не был готов.

И Аделина впервые смогла принять это.

— Ты расскажешь, когда сможешь? — спросила она.

— Да.

— Не потому что я потребую?

— Потому что буду хотеть, чтобы ты знала.

Она кивнула.

Это было простое обещание.

Но для неё оно значило больше, чем громкие признания.

Через час они сидели на кухне. Аделина готовила кофе, а Виктор пытался найти в шкафах что-нибудь съедобное.

— У тебя есть только кофе, вода и три лимона, — сообщил он.

— Ещё есть печенье.

— Где?

— В верхнем шкафу.

Виктор открыл дверцу, достал коробку и посмотрел на неё.

— Срок годности закончился месяц назад.

— Значит, оно выдержанное.

— Это печенье, а не вино.

— Ты слишком придирчив.

— Я спасаю тебя от пищевого отравления.

— Как благородно.

Он поставил коробку на стол и взял телефон.

— Я закажу завтрак.

— Не нужно.

— Нужно.

— Я могу сама.

— Я знаю.

— Тогда почему ты всё время пытаешься что-то для меня сделать?

Виктор положил телефон экраном вниз.

— Потому что хочу.

Аделина замолчала.

Раньше забота всегда имела цену.

Артём мог заказать ей завтрак, подарить украшение или забрать её после работы, но потом напоминал об этом в споре. Не напрямую — иногда одной фразой, иногда взглядом, иногда молчанием.

«После всего, что я для тебя сделал…»

Эта фраза постепенно превратила любую помощь в долг.

Теперь Виктор просто хотел накормить её.

И не ждал благодарности.

— Ты злишься? — спросил он.

— Нет.

— Тогда почему так смотришь?

— Я пытаюсь привыкнуть.

— К чему?

— К тому, что помощь может быть бескорыстной.

Виктор ничего не сказал.

Он подошёл к ней и положил руки на край стола, по обе стороны от её ладоней.

— Аделина, я не хочу, чтобы ты привыкала к помощи как к обязанности. Если я что-то делаю, ты можешь принять это. Можешь отказаться. Можешь предложить сделать что-то самой.

— И ты не обидишься?

— Нет.

— Даже если я не попрошу?

— Даже тогда.

— Даже если однажды решу, что мне лучше без тебя?

Виктор посмотрел ей прямо в глаза.

— Мне будет больно. Но я не стану удерживать тебя.

Аделина почувствовала, как внутри что-то болезненно дрогнуло.

Именно в этот момент она поняла: она верит ему.

Не полностью.

Не безоговорочно.

Но достаточно, чтобы не искать подвоха в каждом слове.

Достаточно, чтобы рассказать о страхе и не ожидать насмешки.

Достаточно, чтобы позволить ему остаться.

— Ты понимаешь, что говоришь вещи, которые человек может запомнить навсегда? — спросила она.

— Надеюсь.

— А если потом нарушишь их?

— Тогда ты имеешь право уйти.

— Ты так легко отпускаешь людей?

— Нет. Я просто не считаю любовь поводом запирать кого-то рядом с собой.

Это слово прозвучало между ними тихо.

Любовь.

Аделина не была готова произнести его в ответ. Но уже не испугалась, услышав.

Она взяла его руку.

— Я пока не могу сказать, что люблю тебя.

— Я знаю.

— Но я хочу учиться доверять.

— Мне?

— Тебе.

Виктор сжал её пальцы.

— Это больше, чем я рассчитывал получить сегодня утром.

Аделина улыбнулась.

— Не привыкай.

— Я уже привык.

После завтрака они поехали в архив.

Дождь прекратился, но дороги блестели от воды. Виктор вёл машину спокойно, одной рукой удерживая руль, а другой время от времени касаясь её пальцев на подлокотнике.