Книга ( Не) его женщина, страница 51 – Анна Бигси

Никто и никогда не вызывал во мне такой чувственный всплеск, я словно превратилась в оголенный нерв и чутко реагировала на каждое, даже самое легкое касание Леши. Ни с чем не сравнимое наслаждение оказалось настолько острым и ярким, что стало трудно дышать. Сердце на секунду замерло, а в глазах защипало от слез. Но я не позволила им пролиться и лишь сильнее сжимала веки. Не хотела плакать при нем. А потом… наступило похмелье. Тело еще дрожало от пережитого удовольствия, а мозг уже вовсю мучился последствиями опьянения. Раскаяние проникало в кровь, стремительно уничтожая молекулы восторга. Стирало все прекрасное, что между нами произошло, безжалостно оголяя острые углы. Оставляя лишь стыд и страх. Запоздалые и такие мучительные. Сразу стало стыдно перед Киром и страшно, что будет, если он узнает. Да и ситуация получилась самая что ни на есть мерзкая. Быстрый секс в машине на обочине и такая удивительная щепетильность в вопросах контрацепции… То, что еще секунду назад казалось очаровательным, теперь виделось в другом свете. А что если я здесь не первая? Даже не так. Я здесь очевидно не первая. И так стало горько, что готова провалиться сквозь землю. Меня накрыло отвращение к себе и агрессия по отношению к Леше. Жесткие циничные слова как попытка защититься от грязи, в которой он меня вывозил. Я виновата не меньше его, но трусливо переложила ответственность на его плечи. — Алис, у тебя все нормально, — слышу голос Кати из-за двери и выключаю воду. — Ты там хоть живая? Выхожу из ванной и сразу же забираюсь под одеяло. Сил нет совершенно, и я закрываю глаза. — Кирилл уехал домой. Заберет тебя завтра к обеду, — говорит Катя и опускается на край кровати. — Хорошо. — Меньше всего мне хочется встречаться с ним сейчас. Даже не представляю, как смогу смотреть ему в глаза. — А где Глеб будет спать? — Не переживай за него. В спальне для гостей поспит. Алис, ты плачешь? — Нет. — А что с голосом? Катя долго и без отрыва смотрит на меня. Затем встает и отходит к шкафу. Извлекает из него бутылку с янтарной жидкостью и два бокала. Наливает коньяк и протягивает мне — Пей, — говорит строго и с нажимом. — Идеальное лекарство — Не хочу, меня и так тошнит, — морщусь я и отворачиваюсь. — Пей, я сказала, не то силком волью. — Сомневаться в ее словах не приходится. Сажусь на кровати и залпом вливаю в себя содержимое бокала. Жар перемещается из горла в желудок, приятно согревая. Терапия не помогла, легче не стало. Отворачиваюсь от Кати и накрываюсь одеялом с головой. — Алис, ты себя в зеркало видела? Видок был еще тот. Весьма красноречивый! — недовольно восклицает Катя, отчего мои щеки заливает краска стыда. — Я видела, как ты уходила с Лешей. Вернее, как он тащил тебя за собой. — Господи, только не это, а если кто-то еще видел? — Ты же знаешь, я спокойно отношусь ко многому, очень тебя люблю и никогда не стану осуждать, что бы ты ни сделала. Я в жизни повидала немало, и удивляться уже больше нечему. Но ты меня поставила в тупик. Я просто не знаю, как поступить. Леша — парень моей золовки… и все это… Слушать дальше не было сил. Вновь это «жених моей сестренки» всплыло в уставшем мозгу и больно царапнуло сердце. А ведь так просто обо всем забылось.

Краткий миг, одно украденное мгновение счастья — и вновь камнем вниз о грешную землю. — Алис, что происходит? Неужели за столько времени я не заслужила твоего доверия? — Катин голос звучит мягко, но в то же время чувствуется обида. — Это очень личное, — мямлю я, так и не найдя в себе силы посмотреть ей в глаза. Понимаю, что отнекиваться бесполезно, но как рассказать обо всем, не знаю. — Ясно. Буду вливать в тебя сыворотку правды до посинения, — твердо заявляет Катя, и я слышу, как в бокал наливается новая порция коньяка. Откидываю одеяло и умоляюще смотрю на подругу в надежде на снисхождение, но она лишь отрицательно качает головой и протягивает мне коньяк. Обреченно вздыхаю, сажусь и беру из ее рук бокал. Делаю небольшой глоток и начинаю рассказывать все как на духу. Давно надо было так поступить, а не держать все внутри и мучиться.