Книга ( Не) его женщина, страница 3 – Анна Бигси

Меня буквально распирало от эмоций, а ее напускная холодность лишь сильнее раззадоривала охотника внутри. Первое и такое яркое чувство ослепило. Я ничего не видел, кроме идеальной картинки нашего совместного будущего. Слишком высоко взлетел в своих мечтах, чтобы потом разбиться об скалы реальности. Но все это в прошлом. Я больше не тот сопливый юноша из общаги молодежной команды. Я повзрослел и поумнел. В конце прошлого сезона мне предложили попробовать свои силы в Континентальной хоккейной лиге, ХК «Сочи». Никогда не был на море и решил, почему бы и нет, тем более гонорар обещал быть более чем достойным. Согласился. И вот я здесь. Прислоняюсь к холодному стеклу и думаю о своем ночном кошмаре. Это какое-то наваждение… нужно что-то с этим делать, а то и рехнуться можно. Но не сегодня. Прохладный ветер заставляет поежиться. Зябко дергаю плечами и захлопываю форточку.Мысли, мысли… сколько можно себя изводить? Это была не Алиса, а просто иллюзия. Усилием воли заставляю себя переключиться с личного на рабочее. Завтра меня ждет знакомство с новой командой и нужно выспаться. Закидываю бутылку обратно в холодильник и иду спать.

Опять бессонница. Вот уже третий раз за последний месяц. Как же неприятно часами крутиться в постели в поисках удобной позы. Еще гроза как назло разошлась не на шутку, что тоже не способствует быстрому засыпанию. Громкие раскаты оглушают, а вспышки молнии периодически освещают комнату. Ну и как тут заснешь? Сдаюсь и, откидывая одеяло, встаю. Чувствую, что начинаю злиться, правда, на что — не понятно, может «эти дни» скоро… Несколько раз глубоко вздыхаю и медленно выдыхаю, чтобы унять раздражение, и иду на кухню. Нужно попить чаю, а лучше молока. Хоть что-нибудь, чтобы наконец уснуть. На электронных часах светится цифра три. Очень здорово, вставать через четыре часа, а я еще, можно сказать, не ложилась. А утром планерка, на которой я обязана не просто быть, а быть в форме. Кирилл не должен знать, насколько я неидеальна. За то время, что мы с ним, мне кажется, он ни разу не видел меня без косметики. После затяжного развода я наконец занялась своей внешностью. Сделала красивую стрижку, поменяла гардероб. Все бесформенное, тусклое, бесцветное, делавшее меня серой мышкой, осталось в далеком прошлом. Теперь я носила яркие вещи, красилась, укладывала волосы и в целом выглядела, как мне казалось, намного интереснее, чем раньше. Характер тоже изменился. Правда, не сказать, что в лучшую сторону. На первый план вышли отстраненность, холодность, даже надменность. Но так было проще, я выстроила вокруг себя непробиваемый щит и решила, что больше никого не пущу в свое сердце. Даже Кирилла. Кирилл — главврач санатория, где я терапевт. Сорок лет, умный, представительный, привлекательный. Разведенный. Наши отношения не были спонтанными, скорее, все давно к этому шло. Он ненавязчиво за мной ухаживал, а я лишь благосклонно принимала знаки внимания, не отталкивая, но и не подпуская к себе близко. Кир был очень убедителен и в какой-то момент я решила, что хочу попробовать построить с ним отношения. Слишком долго была одна, переживая личную драму, и он показался мне той надежной крепостью, которая защитит от всего. Оправдались ли мои ожидания, говорить рано, но пока мне с ним хорошо. Я хотела спокойствия и уверенности в завтрашнем дне, и я их получила. И все было идеально. Так, как я хотела. По четко выстроенному плану, без взлетов и падений. Пока я не увидела iего/i! При воспоминании о том случае, вновь накатывает раздражение. Завариваю чай с мятой, чтобы успокоиться, и сажусь за стол. Ливень монотонно барабанит по подоконнику, вторя моему настроению. Пью чай и не могу избавиться от ярких образов в голове. Сдаюсь и прикрываю глаза, переносясь на три месяца назад. Кирилл пригласил меня полететь с ним на конференцию в Москву, и я согласилась. Давно не была в столице и решила немного развеяться. Аэропорт гудел, словно осиный улей: шуршали колеса тележек и чемоданов, туристы разговаривали на разных языках, по громкой связи постоянно что-то объявляли. Смех, радостные возгласы, даже плач — буквально какофония звуков. В воздухе витали приятные (и не очень) запахи из кучи бистро. Я стояла у лифта и ждала Кирилла. Он замотал наш багаж в пленку и подошел ко мне. Мой чемодан в одной руке, его сумка — в другой. Надо на второй этаж — сдать багаж, взять посадочные билеты.