Книга Его Вера. Без компромиссов, страница 2 – Анна Бигси

— Прости, я не мог поступить иначе. – Костя опять завел старую пластинку, которая четко попадала по больной мозоли.

Вера зажмурилась и закрыла уши руками, чтобы не слышать этого всего, но не помогало.

— Я испугался, что потеряю тебя, – в очередной раз давил он на чувство вины. – Ведь кроме вас с Софьей у меня никого нет…

— Ты нарушил технику безопасности! – не выдержала она и повысила голос.

— Теперь не будет компенсации? – обреченно спросил Костя, играя роль жертвы до конца.

— Не будет, – сухо подтвердила Вера. Как раз недавно узнавала. Записи с места происшествия изъяли, и теперь будут разбираться наверху. Но шансов что-то получить нет. Потому что Костя действовал не по инструкции. Хотелось верить, что они все выяснят и передумают, но надеяться не приходилось.

— Вот такая у нас блядская структура, – хмыкнул Костя.

Вера отвернулась к окну и зажала рот ладонью, чтобы не высказать все, что накопилось по этому поводу. Это не структура была блядской, а сотрудник идиот. Вера в очередной раз смолчала. Просто не хотелось ругаться. Но столько всего накопилось. Негатив множился, а терпение растягивалось, как пузырь из жвачки. Еще чуть-чуть – и лопнет. Даже понимание, что Костя переживает из-за своего состояния, не смягчало напряжение. Никакое сострадание и чувство вины не способно было разрушить стену отчуждения между ними.

* * *

Утренний обход не заставил себя ждать. Попов Петр Борисович – лечащий врач Константина – вошел в палату в сопровождении двух интернов. Коротко рассказал им анамнез пациентов и остановился около Кости. Позволил произвести рутинный осмотр и в очередной раз убедился, что чувствительности в нижних конечностях нет. Нахмурившись, объяснил, какие процедуры проводились, для чего они и какой эффект должен был проявиться. Но пока не проявился. Прогнозы и шансы тоже озвучил. Пятьдесят на пятьдесят. Либо чувствительность вернется, либо нет. Одно из двух.

Вера слушала вполуха и почти не участвовала в беседе. Знала все это наизусть, а нового ничего не появлялось.

— Ну что? Будем готовиться к выписке? – Услышав слова врача, она резко обернулась.

— К выписке? – воскликнула удивленно. – Не рановато?

Головой понимала, что месяц в больнице – большой срок, но так хотелось отсрочить неминуемое.

— Я уже готов, – хмыкнул Константин, смерив ее хмурым взглядом.

Вера прекрасно знала, что он устал от палаты на четверых и от больницы в целом. Но просто не готова была оставаться наедине. Одно дело – ухаживать за Костей в палате, выполняя роль сиделки и медсестры, и совсем другое – вернуться домой. В реальную жизнь, где они постоянно будут наедине. В одном замкнутом пространстве. Его запах, вещи будут повсеместно. Это принять было тяжело. Хоть квартира и была готова для появления в ней колясочника, Вера все же до последнего надеялась, что ей это не пригодится.

— Дальше держать здесь Константина не имеет никакого смысла, – пожал плечами Петр Борисович, убивая последнюю надежду. – Мы сделали все, что было в наших силах. Дальше только его упорство в упражнениях, массаж и реабилитация.

Он направился к выходу, а Вера рванула за ним. Такой расклад ее совершенно не устраивал. Она не собиралась мириться с тем фактом, что Костя никогда не сможет ходить. Боялась даже думать об этом. Просто необходимо было поставить его на ноги. Вера дала себе зарок, что, как только он встанет, ее долг будет выплачен. Справедливо и честно.