Книга ( Не ) Новый сосед на мою голову, страница 51 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

Я забираю ключи от квартиры Люды, и мы с другом оперативно заносим все на этаж. Потом будем разбираться, где мое, где ее, но хотелось бы, чтобы наше…

На первом этаже у лифта сталкиваюсь с детьми. Люда ещё на улице, а Рысь уже тарабанит пальцами по рулю своей тачки.

— Я вернусь, и мы продолжим наш разговор, - обещаю ей.

— Будь осторожен, - тихо просит Кроша.

— Командир! - Опустив стекло, зовет Рысь. - Там без нас никак. Три звена воюют. Надо ехать.

— Иду, - отзываюсь, все прекрасно понимая.

Ещё раз смотрю на Люду, стараясь прочитать что-то по ее взгляду, но она закрылась от меня, не пробиться. Прикасаюсь тыльной стороной ладони к ее щеке, пытаясь вложить в это касание как можно больше нежности. Ее кожа горячая, обжигает мои холодные пальцы.

— В такие моменты, - шепчу ей, - мужчине особенно важно, чтобы его женщина в него верила. - И это совсем не про веру, это про чувства, которые я не умею выражать иначе, нон как-то надо дать ей понять, что ничего не закончилось на оборвавшемся поцелуе. Она все так же важна для меня. Моя женщина.

Разворачиваюсь и бегу к машине Рыси. Он тут же срывает ее с места, и мы мчим в часть, радуясь пустым дорогам.

За окном в черно-синем калейдоскопе ночных улиц пролетает город. Рысь молчит, давая мне прийти в себя. Я закрываю глаза, вдыхаю, выдыхаю. Внутри пустота. Хорошо. Пустота - это то, что можно наполнить качественным топливом. Оно нам сегодня пригодится.

Въезжаем на территорию пожарной части. Здесь уже другой мир. Рев работающих дизелей, крики, бегущие к гаражам бойцы уже в собранном виде. Воздух трещит от напряжения.

Мы влетаем в гараж нашей смены. Петрович на месте, его седая голова прикрыта каской, лицо - гранитная глыба, а взгляд строгий, как у отца, который отвечает за жизни своих «детей».

— Чибис, Калинин, на сборку живо! Горит жилой сектор, «спальник», девять этажей. Огонь с третьего пошел наверх по вентканалам. Три бригады не справляются. Много запертых. Задача - сектор «Б» с четвертого по шестой. Выводите людей, прикрываете выходы для МЧС. Понятно?

— Понял! - мой голос звучит уже не как мое собственное эхо, а как четкий механизм.

Дальше на автомате: запрыгиваем в сапоги, в них - брюки, куртка с отогнутыми рукавами, в рукавах перчатки, сверху каска. Застежки от первой до последней. Дядя Витя уже за рулем, заводит «Урал». Заняли места. Двадцать две секунды. Ворота гаража взлетают, и мы вырываемся в ночь, под вой сирены, которая теперь единственная музыка, имеющая смысл.

Мысли о Люде, о ее теплой щеке под моей ладонью, о несбывшемся поцелуе - все это сжимается в крошечную точку где-то за грудиной. Ноет, напоминая о том, что я все ещё живой и профессия не убила во мне способность чувствовать. Ее «будь осторожен» в висках стучит простым словом «вернись», и я должен постараться сделать это. Как и всегда.

На подъезде к кварталу воздух становится едким. Запах горящего пластика, дерева, жизни, обращающейся в пепел. Небо пылает, пламя разбавило его темные краски смертельным оранжевым светом. Я докладываю по рации: «Шестая смена на месте». В ушах какофония эфира: чужие голоса, команды, крики.

Мы вываливаемся из машины. Непривычному глазу покажется, что вокруг хаос, но каждое звено работает скоординировано, у каждого своя задача и у всех общая цель - спасти людей.