Книга Опер. Девочка на спор, страница 47 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

— Но следов спермы нет.

— И отпечатков тоже, — его губы дергаются в кривой ухмылке. — Очень осторожный сволочь. Жертвы видели только его глаза, но этого недостаточно для фоторобота.

— Не похож он на психа, слишком хладнокровен… — сухо замечает Шаман и попадает в десятку. — Я думаю изначально он не собирался никого убивать. Поэтому некоторые девочки выжили, а потом может случайность… ну и вошел во вкус.

В его словах есть логика. Может все так и было. Только вот информация, построенная на догадках нам ничем, не поможет. Экстрасенсы и шаманы пока еще не занимаются расследованиями.

— Мразь какая, — цежу сквозь зубы, невольно вспоминая Машку. Да я бы собственными руками яйца вырвал. — Почему его не нашли? Зацепки были какие-то?

— Оттуда ноги растут, — хмыкает Иван Игнатьевич и пальцем показывает вверх.

— Ясно. Спасибо, — поднимаюсь на ноги. Больше он все равно нам ничего не скажет. — Я могу обратиться если возникнут вопросы?

— Безусловно. Помогу чем смогу, — натянуто улыбается хозяин дома и провожает нас до ворот.

Садимся в машину и уезжаем. Ребро болит все сильнее, но таблетки я забыл в кабинете. С трудом нахожу более-менее удобную позу и выдыхаю.

— Ну и что думаешь по этому поводу? — задаю вопрос, который и так висит в воздухе.

— Думаю, что этот следак знает имя, но ни за что не скажет, — хмыкает Шаман. — А если мы будем очень дотошными, нас сольют.

— Интересное кино, — тяну я, обдумывая его слова. — Ладно, сами найдем.

— Нахрен ты в это вписался-то? Не наш же профиль.

И он прав. Все это я делаю почти неофициально и на добровольных началах. Дело скорее всего все же заберут в СК и там оно опять «развалится». Но это наш район. И здесь ходят наши дети.

— Звездочку хочу, — криво усмехаюсь, а Шаман закатывает глаза, прекрасно зная, что я лукавлю.

Набираю номер эксперта. Отвечает почти сразу.

— Борисыч, здорова. Я по девочкам. А они обе были одинаково задушены?

— Да, но, что примечательно, левой рукой.

— Вот как. Значит наш злодей левша?

— Скорее всего.

— Еще что-то есть?

— Пока нет.

Сбрасываю звонок и открываю папку. Нахожу заключение экспертов — все сходится.

— Это он… — говорю я, а Шаман согласно кивает.

До вечера разбираюсь с этим делом, сопоставляю факты и просчитываю ходы. Надо бы отдать Леночке, это ее работа, но не могу. Что-то во всей этой истории не дает мне покоя, но что я пока не понимаю. На интуитивном уровне.

Завтра с Мазур все обсудим, а пока. Забираю разработки и иду к операм. Шаман и Егор на выезде, еще не вернулись. Остальные должны быть на месте. Вхожу и сразу чувствую на себе взгляд. Ее взгляд. Волосы на загривке отчего-то шевелятся, а губы сами по себе пытаются расплыться в улыбке.

— Итак у нас есть пять жертв педофила, — сообщаю им и развешиваю на доске то, что осталось от ксерокопированных фотографий. — Трое выживших, двое погибших. Надо съездить и опросить каждого. Любые подробности важны.

Оборачиваюсь в подчиненным.

— У меня завтра выходной, — Денис поднимает руки вверх.

— Дэн, — хмурюсь, я на него рассчитывал.

— Нет, не уговаривай, — качает он головой. — Меня Настя сожрет. Она этот выходной месяц ждала.

— Ла-адно, — видит бог, я не хотел. — Детка, — ловлю ее какой-то странный взгляд. — Возьмешь Шамана и…

— Можно к живым? — перебивает поспешно, и сама не замечает, как подходит ближе.