Книга Опер. Девочка на спор, страница 28 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

— Зачем тебе это? — Ива все же оборачивается.

В ее глазах улавливаю мимолетную надежду, но она быстро исчезает. И что это значит, интересно?

— Не нравится, когда меня наебывают, — звучит немного грубо, зато честно.

— Сочувствую, — хмыкает Иванна и усмехается одним уголком губ.

— Уперлась? — рычу предостерегающе.

— Не нравится, когда лезут в личное, — передразнивает меня.

Значит уперлась. Ладно. Не насиловать же. Сам все выясню и тогда, детка, пощады не будет.

Паркуюсь около дома Волковых и первый выхожу на улицу. Иванна молча следует за мной. Идем к скверу, где Ирина гуляет с коляской. Ее огненная грива выделяется издалека.

— Товарищ подполковник, — окликаю я.

Ирина оборачивается и недовольно качает головой. Черт, забыл, что она не любит, когда к ней так обращаются. Они со Стасом переехали недавно и здесь никто не знает о ее «темном» прошлом.

— Я гляжу ты не один? — хмыкает Ирина и кивает мне за спину, где кожей чувствую, спряталась Ива.

— Наша новая сотрудница, — отхожу, чтобы представить.

— Бойко Иванна, — хмыкает Ира, опережая меня.

— Здравствуйте, — Ива кивает Ирине. Вот это неждан.

— Откуда ты знаешь? — подозрительно прищуриваюсь.

— Макс, ну не тупи, — Ямпольская снисходительно закатывает глаза.

Вот я идиот. Как жена Стаса может не знать, что происходит в отделе?

— А бля, точно, сорян.

— И как? — Ирина иронично усмехается. — Справляется?

Театрально вздыхаю, а Иванна молча мечет в меня молнии. Кожей ощущаю волну гнева. Ничего, ей полезно, глядишь и сговорчивее станет.

— Ладно, ты чего хотел-то? — Ямпольская толкает коляску вперед, вынуждая меня следовать за ней.

— Лет десять назад ты вела дело про педофила, помнишь?

— Ну не десять, — тянет Ира. — Лет двенадцать, или даже тринадцать.

— Не суть, — отмахиваюсь небрежно. — Что-то можешь сказать?

— Да толком нет, — пожимает она плечами. — Его же быстро СК забрали.

— А виновного нашли? — уточняю я. Уж Ирина должна была узнать этот момент. Она не из тех, кто отмахивается от таких дел, как от назойливых мух.

— Нет, развалили вроде, — краем глаза замечаю, как ее пальцы, сжимающие ручку коляски, белеют. Видимо, тоже переживала по этому поводу. И, возможно, до сих пор не отпустила.

— Как такое может быть? — из-за спины раздается недоуменный голос Иванны.

Ира оборачивается и меняется в лице. Глаза становятся жесткими и холодными, а на губах появляется циничная усмешка.

— А ты в сказки веришь, я смотрю? — уничтожает иллюзии одной интонацией. — В честных ментов, да? В справедливость?

Ива поджимает губы и отводит глаза. Сдается. Явно становится не по себе и решает не вступать в полемику.

— Ир, че по делу? — переключаю внимание на себя. Мои двадцать минут не резиновые.

— Там было несколько девочек, — Ирина с трудом выдает информацию. — Трое выжили, двоих спасти не смогли…

— Жесть, — внутренне содрогаюсь я.

— Дело забрали и все прекратилось, — выдыхает после небольшой паузы. — Тебе это зачем? Думаешь он вернулся?

— Есть такая вероятность, — задумчиво киваю. — Нам нужна зацепка. Хоть одна…

— Я попробую достать это дело. Но не обещаю.

В коляске начинается недовольная возня. Дочь грозного Стаса Волкова просыпается.

— Спасибо, Ир, — улыбаюсь виновато, словно это я разбудил монстрика. — Нам пора.

— Да пока не за что, — улыбается она в ответ. — Иванна задержись.