Книга Не сирота. Дочь олигарха, страница 48 – Анна Бигси

— Никаких «но». – Мой голос звучит ровно и твердо. – Ты помнишь наш договор?

— Да какой договор! – возмущенно вспыхивает Алла. – Все давно изменилось. Я люблю тебя!

— А я тебя нет. – Ни один мускул не дергается на моем лице, и в душе абсолютный штиль. – Нас связывала лишь постель. О чем я тебя сразу предупреждал.

За прекрасно сыгранную роль можно и Оскар получить, но только я их не выдаю. И Аллу знаю как облупленную. Любит она не меня, а мои деньги и относительную свободу, что они ей дают.

— Ты не можешь меня бросить. – Она отрицательно качает головой, не желая принимать правду.

— Почему? – Снисходительная ухмылка сама по себе ползет на лицо.

— А это для тебя ничего не значит? – кричит Алла и указывает на кольцо на своем пальце. – Я уже всем сказала, что мы собираемся пожениться.

— Это твои проблемы.

Не хочу даже слушать весь этот бред. Я ничего не обещал, точнее, четко обозначил границы допустимого. То, что Алла себе придумала больше, чем я готов ей предложить, меня совершенно не касается. Она большая девочка, надо было мозгом думать, прежде чем трепать языком.

— Кольцо можешь оставить себе и придумать любую причину нашего разрыва, – снисходительно разрешаю ей в качестве прощального подарка.

— Не поступай так со мной. – Алла неожиданно подлетает ко мне и опускается на колени возле моих ног.

Вот дура. Никакой гордости. Одна жадность и боязнь потерять теплое место. Не глупая же девка, но жажда денег в ней перебивает все.

— Я все сказал, – холодно бросаю, игнорируя ее выпад, и поднимаюсь на ноги.

Алла плачет и смотрит на меня, пытаясь пробудить жалость. Но мне все равно. Ничего в душе не отзывается на ее слезы. Но по счетам надо заплатить. Достаю портмоне и вытаскиваю стопку оранжевых купюр.

— Это тебе… – запинаюсь на секунду, придумывая, как обозначить свой жест. – Моральный ущерб. Думаю, он поможет тебе справиться с потерей…

— Я что, по-твоему, проститутка? – Слезы в секунду высыхают.

Переводит горящий взгляд с меня на деньги и обратно.

— Не звони мне больше.

Решительно иду к двери и выхожу в коридор.

— Ты об этом пожалеешь! – слышу крик Аллы, и что-то звучно врезается в дверь.

Затянул… Надо было раньше рвать эти отношения, пока не зашло слишком далеко. Но так непросто найти подходящую партнершу…

Спускаюсь и сажусь в машину. Завожу двигатель и выезжаю с парковки. Во мне нет ни грамма сожаления. Я уверен, что поступил правильно. Ни к чему это все. Осталось наконец попасть домой и завалиться спать. А завтра решать кучу вопросов с адвокатом и матерью Кати.

Евгения

Медленно слоняюсь в темноте квартиры и никак не могу найти себе места. Странный озноб гуляет по телу, а согреться никак не получается. Обхватываю свои плечи руками и подхожу к окну.

Опираюсь лбом на холодное стекло и смотрю сквозь него на зимнюю безмятежную ночь. На душе очень неспокойно. Морозов забрал мой покой с собой, оставив глубокое смятение. Я запуталась. Не знаю, что делать и как поступить правильно.

Согласиться на эту работу – значит подвергнуть себя тяжелым испытаниям. Не могу находиться рядом с Виктором. Он меня пугает, давит своей энергетикой, лишает воли. Я теряю контроль над собой, и это мне совсем не нравится.

Но и отказаться – значит бросить маленькую девочку без защиты и поддержки. Как Катенька будет там одна? Она ведь совсем не знает ни Виктора, ни его семью… А если ей там не понравится? А если они ее не примут или будут обижать? А как Алла отреагирует? Сколько вопросов и ни одного ответа. И решение принять крайне тяжело. Приходится выбирать между своим спокойствием и спокойствием ребенка.