Книга Опекун для дочери бывшей. 1 часть, страница 100 – Анна Бигси

Надя разрыдалась, закуталась в одеяло с головой и забилась в угол. Это немного остудило пыл Кира. Мышцы дрожали, адреналин в крови распалял все больше, но он нашел в себе силы остановиться. С большим трудом взял себя в руки, не желая продолжать разборки на ее глазах. Девочка и так натерпелась, ни к чему ей видеть еще и это.

— Тварь, – рявкнул Кирилл, подскочил на ноги и за шкирку поднял Марата.

Тот не мог даже сопротивляться, просто болтался, как мешок с картошкой.

— Вон отсюда. – Он швырнул его к двери и двинулся следом. – Чтобы духу твоего не было в моем доме.

Оказавшись в коридоре, включил свет. Марат попытался проскользнуть в свою комнату, но Кир не позволил и протолкнул его к лестнице.

— Убирайся отсюда, – процедил сквозь зубы, сжимая кулаки все сильнее. Очень хотел дать себе волю и уничтожить противника, но понимал, что проблему это не решит, а лишь добавит новых.

— Да за что? – Марат неуклюже спустился и остановился внизу. Челюсть болела, глаз обещал завтра заплыть, а из носа горячей струйкой текла кровь. Хотелось лишь одного: лечь в постель и уснуть, а не выслушивать нотации.

— Ты, гаденыш, еще спрашиваешь за что? – вскипел Кирилл в секунду и вновь двинулся на него. Ярость кипела в его крови и отчаянно искала выход. Еще одно идиотское слово – и вся выдержка полетит к чертям собачьим. Он просто ушатает эту мразь на месте.

Марат все понял без слов и примирительно выставил вперед руки. Понимал, что силы явно неравны и даже не стоит пытаться лезть на рожон.

— Дай хоть вещи заберу, – промямлил он с надеждой.

— Завтра заберешь, когда протрезвеешь, – сухо бросил Кир и указал на дверь. – А сейчас вон.

Марату ничего не оставалось, как подчиниться и уйти. Не так он представлял себе сегодняшний вечер. Что его только дернуло пойти к этой дуре? Все проблемы из‑за нее. Откуда только взялась на его голову? Оставалось надеяться лишь на то, что к утру Кирилл остынет. Придется повиниться, пообещать больше так не делать, и все вернется на круги своя. А пока надо было найти, где переночевать.

* * *

В комнате все стихло, да и из коридора больше не доносилось голосов. Надежда переборола страх и осторожно выглянула из-под одеяла. Осмотрелась и поняла, что осталась одна. И Марат, и Кирилл ушли.

Тусклый свет ночника слабо освещал пространство комнаты и делал ее какой-то зловещей, но выбраться из укрытия и включить основной свет сил не было. Укутавшись плотнее в одеяло, Надя села на постели и оперлась спиной на стену. Сердце все еще лихорадочно колотилось, а слезы струились по щекам.

Она до конца не верила, что все закончилось. Кошмар остался позади. Кир каким-то непостижимым образом появился внезапно, словно почувствовал ее состояние, и спас из лап Марата. Надя уже ни на что не надеялась, лишь отчаянно молилась.

Судорожный вздох сорвался с ее губ, а по телу побежали колючие мурашки. Мерзкие нежеланные поцелуи до сих пор горели на ее коже. Надежда чувствовала себя грязной и гадкой, но не могла пойти в душ. Словно впала в ступор. Просто смотрела в одну точку и не шевелилась. Все случившееся слишком ярко впечаталось в память и никак не хотело перемалываться. Дикий страх, нечеловеческий ужас, одержимое, перекошенное похотью лицо Марата. Его мерзкие слюнявые губы и жесткие шершавые пальцы. От этих воспоминаний к горлу подкатила тошнота, а желудок сковал спазм.