Книга Я тебя не предавал, страница 52 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

— Перестань, — отмахиваюсь и небрежно дёргаю плечами. — Просто выпиши мазь…

Обычно всё проходит более лайтово. Но в последнее время Асада срывает в какую-то жесть. Я сама виновата. Не смогла заткнуться вовремя, за что и получила.

— Да какая, на хрен, мазь? — злится Ольга. — Это изнасилование, ты это понимаешь?

— Всё я понимаю, — поджимаю губы. — Справлюсь.

Сейчас я ничего не могу противопоставить. Но я найду способ. У меня нет выбора, когда припёрли к стенке. А это скоро случится. Чувствую, что совершила ошибку в разговоре с Рустамом. Надо действовать на опережение.

— Я выпишу рецепт, — выдыхает Ольга и качает головой. — Но Ира. Это не шутки. Может всё закончиться плачевно.

Да всё я знаю. И на её месте говорила бы тоже самое. Типичная жертва тирана. Но всё не так просто. Не могу я ей рассказать насколько.

— Оль, не начинай, пожалуйста, — прошу тихо. — И без тебя тошно.

— Ладно, — сдаётся и ободряюще сжимает моё плечо. — Но на всякий случай я сохраню записи, слышишь? Может, когда-нибудь пригодится.

— Спасибо.

Вот что бы я без неё делала?

— Ложись на кушетку.

Послушно исполняю. Ольга включает аппарат УЗИ и вводит датчик внутрь. Внимательно всё рассматривает и поджимает губы. Не нравится ей картинка. Мне же не видно. Дышу через раз и отчаянно молюсь, ожидая вердикта.

— Я не вижу плодного яйца, — заключает подруга и подаёт мне салфетки. — Если беременность и есть, то либо срок очень маленький, либо найдётся не в матке.

Перспектива так себе в обоих случаях. Остаётся надеяться, что обойдётся. Единственное, что даёт надежду — токсикоз вырабатывается уже после прикрепления плодного яйца.

— Кровь сдай на гормоны, — Оля стягивает перчатки и возвращается за свой стол. — По анализам посмотрим, что гадать на кофейной гуще.

— Хорошо.

Одеваюсь и сажусь напротив.

— Вот, держи, — протягивает мне направление и строго смотрит в глаза. — Ир…

Во взгляде столько всего намешано, что меня едва не прорывает, но я успеваю взять себя в руки. Она искренне переживает и заботится обо мне. Но я просто не могу поступить по-другому.

— Оль, — мягко улыбаюсь ей и сжимаю ладонь. — Я правда отдаю себе отчёт…

— Как знаешь, — недовольно выдёргивает руку и отходит к окну. — Но я сохраню на всякий случай. Вдруг ты передумаешь.

— Да ради бога.

Подхожу к ней и обнимаю за плечи.

— Всё будет хорошо, — утыкаюсь носом ей в волосы. — Я справлюсь.

— Береги себя, — вздыхает Ольга и сжимает мои руки.

Несколько секунд мы просто стоим вот так вдвоём и смотрим в окно на падающий снег. А потом я ухожу. Не прощаясь. Уже опаздываю, но нужно сдать кровь на гормоны и бежать на подстанцию.

Ворон

Сын…

Всё, что могло взорваться внутри меня, рвало внутренности на куски все последние дни. Сижу, смотрю на фотографию мальчишки и пытаюсь уложить в своей вселенное это событие — у меня есть сын.

Думать в перспективе было гораздо проще. Я, как любой нормальный человек, представлял себе этот процесс «от» и «до». Новость о беременности, токсикоз, селёдка с арбузом в три часа ночи, первые толчки в мою огрубевшую ладонь, лежащую на животике, рука моей женщины в моей руке во время родов, первый крик, первый раз на руки… Я всё это видел со стороны. На моих глазах выросло четверо мальчишек вместе с сыном друга, Руслана Грановского. Сейчас этот сценарий жёстко сломали, буквально ударив меня под дых такой простой фразой: