Книга Я тебя не предавал, страница 151 – Анна Бигси, Екатерина Аверина

— Оно там всегда было, Рус. Я тебе говорил. Он свою семью опозорил, наследство уничтожил. И твою разорил. Сестру унизил, на племянника руку поднимал.

— Это тебе Егор сказал? — резко выдыхает Рустам.

— Нет, это я сам между строк прочитал, когда мы с ним про семью говорили. Ладно, не вернуть уже назад ничего, — бросаю окурок себе под ноги и вдавливаю его в снег носком ботинка. — Наша с тобой задача, Рус, создать будущее, где вот такого дерьма, как Юнусов, рядом с нашими близкими не будет. Всё остальное теперь не имеет значения. Это наш опыт. Он сделал нас всех сильнее.

— Мне нравится твоя философия, — смеётся Ахмедов. Фил внимательно слушает взрослых дядек и впитывает.

— Да я сам её только недавно до конца усвоил. Буквально на днях. Мир катится с гостями, — киваю в сторону подползающей к нам машины.

На переднем рядом с Мироном сидит женщина. Кто на заднем, мне пока не видно. Он крутит руль, паркуясь в стороне от моей машины, чтобы не мешать выезду. Что-то говорит женщине, выпрыгивает в снег, запирает замки в тачке и идёт к нам.

— Девчонка хорошая у него, — говорит нам, ударяя по рукам. — Маленькая ещё, тихая, воспитанная. Может, не стоит её втягивать? Женой обойдёмся?

— В машине пусть посидит, — соглашаюсь я. — Жена если что подтвердит, что девочка тоже у нас.

— Думаешь, сработает? Серпу похуй было, — напоминает Фил. — На дочь. А тут баба.

— Думаю, что нет, но мы попробуем. Вдруг скажет чего интересного, — отвечаю я. — Если он у неё информацию на меня прятал и она знала, возможно, знает что-то ещё и проболтается от страха.

— Логично, — кивает Фил.

Хлопнув парня по плечу, иду с Мироном к его машине. Друг разблокирует двери. Открывает переднюю пассажирскую. Я слышу, как в салоне тяжело дышит и тихо всхлипывает девочка, ровесница моего Егора. Отхожу, смотрю на неё через стекло. Опустила голову, ничего и никого не видит. Вот и пусть так посидит.

— Ребёнка не трогайте, — слышу тигриный рык матери.

— Всё будет зависеть от тебя и твоего мужа, — спокойно отвечаю ей, забирая под локоть у Мирона.

Она послушно идёт рядом, но всё время оглядывается на дочь. Обзор ей быстро закрывают Мир, Рустам и Фил. Медведь уже в бункере, как я обычно называю это место. Здание состоит из нескольких помещений, разделённых толстыми стенами. Наши шаги заполняют пространство, отражаясь от голых бетонных стен.

Заходим в одно из внутренних помещений. Тут стоит старый стол ещё советских времён, стулья, похожие на школьные. Под потолком несколько ярких светильников, питающихся от заведённого генератора. Окон нет, что опять же нам на руку. И звукоизоляция неплохая. Мы в ебенях, но наши люди куда только не забредают в поисках какой-нибудь херни, так что мы старались учитывать даже минимальные случайности.

Сажаю женщину Асада на стул.

— Зовут тебя как? — спрашиваю у неё.

Она смотрит на меня гордо и зло. Чёрный волнистый волос обрамляет светлое лицо с красивыми чертами. Большие глаза цвета чёрного крепкого чая сверкают праведным гневом. Губы искажены от нервного дыхания, но её это совсем не портит. Как она попала в руки Асада для меня загадка. Не похожа на тех, кого замуж выдают по договору. Мне кажется, эта многое может решить сама. Но дочь по словам Рустама, да и я сам заметил, воспитывает иначе. Неужто ещё и отца почитать приучена? Зачем? Мать его, он же … Блядь, у меня слов таких нет. Животных оскорблять не хочется. Существо, сука! Мерзкое, насквозь гнилое существо!