Книга Исцелю тебя любовью, страница 47 – Анна Бигси

— Саш, я правда тебе не нужна? — Вопрос, выворачивающий меня мясом наружу.

— Нужна... Очень нужна... — одними губами произношу и касаюсь ее волос. Скольжу по ним пальцами и глотаю предательские слезы.

Вскоре Ветка перестает всхлипывать и успокаивается. Ее дыхание становится ровным. Она спит, а я еще долго глажу ее по голове, перебирая волосы между пальцами. Пока сам не погружаюсь в вязкое марево. Сквозь сон слышу, как Света что-то бормочет и встает. Нежно целует меня в щеку и уходит. А я не могу открыть глаза, мне уже что-то снится. И сон этот на удивление яркий и счастливый. Улыбаюсь и, наконец, опускаю себя.

Глава 20

Светлана

Будильник, как персональный палач казнит меня без суда и следствия. Обычно я просыпаюсь до его звонка, но не сегодня. На ощупь нахожу гаджет и выключаю звук. Только бы не уснуть заново.

Кое-как разлепляю веки и понимаю, насколько была неправа вчера. Голова раскалывается, а к горлу подступает тошнота. Отличное начало нового дня, ничего не скажешь. Справедливая расплата за вчерашнюю слабость.

Вспоминаю, как ходила в комнату Саши и изливала душу. Хорошо, что он не слышал, а то не знаю, как бы в глаза ему смотрела. Достукалась. Напилась и понесло на откровения. Дура какая... господи. Зажмуриваюсь и тяжело дышу, пытаясь справиться с эмоциями.

Голова болит все сильнее и отвлекает от гнетущих мыслей, но валяться некогда. Надо приводить себя в порядок. Скоро приедет Алексей, чтобы отвезти нас с Сашей в больницу. Смотрю на часы и ускоряюсь.

Прохладный душ как спасение. Мне становится относительно легче. Тошнота отступает но голова так и разрывается. Похмелье во всей красе. Знаю же, что нельзя пить алкоголь, он выдает мне спецэффекты, и все равно повелась на уговоры змея-искусителя.

Собравшись с силами, иду на кухню и, конечно же, встречаю осуждающий взгляд Ирины Борисовны. Вот без нее я бы никак не обошлась. Киваю в знак приветствия и опускаюсь на стул. Ирина Борисовна никак не комментирует мое состояние. Ставит на стол передо мной бокал с водой и бросает в нее две таблетки шипучего аспирина. Неожиданно... и приятно. Это перемирие?

— Спасибо, — почти шепотом говорю я и поднимаю на нее глаза.

— Кофе? — Ирина Борисовна выжидательно приподнимает бровь.

— Да, если можно, — озадаченно киваю и залпом пью лекарство.

Через пару минут передо мной материализуется чашка ароматного кофе. Отчего-то даже не сомневаюсь, что сахара в нем ровно столько, сколько я люблю. И молоко. Улыбка невольно появляется на губах.

Ирина Борисовна молча готовит сыну завтрак и больше не обращает на меня внимания. Что даже лучше. Надо собраться. Медленно потягиваю горячий кофе и старательно ищу в себе силы на предстоящую поездку. Но от одной мысли о машине в желудке вновь становится неспокойно.

— Доброе утро. — На кухне неожиданно появляется Саша.

Я еще не привыкла, что он передвигается по всей квартире. Слишком поздно соображаю, что надо было хоть переодеться, а то я по-домашнему, в халатике.

— Доброе, — выдыхаю.

Поджимаю губы и потираю виски. С каждой минутой головная боль только усиливается. Нет, ничего не получится. Надо полежать немного.

— Все нормально? — участливо спрашивает Саша и пытается перехватить мой взгляд, но я упорно не смотрю на него. Не могу. Мне неловко. Не знаю, как себя вести после вчерашнего. Вроде и понимаю, что это все только мои тараканы, но разбираться сейчас нет сил. Чуть позже.