Книга В плену у волка, страница 92 – Клэр Вирго

Джина наконец убрала от него руки, и маг со стоном повалился на землю. Я испытал облегчение от того, что он жив. А жена тем временем направилась к Лилиан и повторила весь процесс. И красивая, статная, выглядевшая даже юной женщина состарилась на глазах.

Закончив, Джина вернулась на свое место и опустила руки. И сразу все вернулась: и шум, и крики, и вой стаи.

«Стоять!» – отдал я приказ, и стая замерла. Не с кем больше было сражаться. Маг и ведьма, два старика, стояли рядом и изумленно смотрели друг на друга, а потом одновременно закричали.

— Что ты наделала, тварь? – завизжала Лилиан, бросаясь в Джине. Та даже не шелохнулась.

Ведьму перехватил Крис. Сжал ее горло челюстями, не давая пошевелиться, и явно ждал моего приказа перегрызть шею.

— Я забрала у вас обоих то, что вам никогда не принадлежало. Теперь вы такие, какими и должны быть. И лишены магии, а потому ни для кого не опасны.

Голос Джины разносился по всей поляне, и зачарованные крестьяне, оставшиеся в живых, приходили в себя, осматривали друг друга, начинали кричать от боли, спрашивали, что произошло. Джина словно пробудила их, и они, озираясь и недоверчиво глядя на нас, сбивались в кучку.

— Уходите, – сказала им моя жена, – вас никто не тронет. Живите спокойно, растите детей, берите в замке лорда все, что хотите. Ему это больше не понадобится. – Джина взглянула на сгорбленного бывшего мага, который опасливо посматривал то в сторону оборотней, то в сторону бывших подчиненных. – А вы двое навсегда покинете эти места. И да, волчицу мы заберем.

В этот момент Ланара, до этого стоявшая неподвижно, тоже пришла в себя и заозиралась. Увидев меня, бросилась с воплем:

— Она меня заставила, – но, увидев мой взгляд, осеклась и встала как вкопанная.

В воздух взвилась веревка, которая оплела руки Ланары, и она закричала, а потом начала рыдать. Но я знал, что цены эти слезы не имеют, всего лишь попытка разжалобить меня.

Так, на «поводке», волчица и достигла деревни. Там нас уже ждали остальные, которым я мысленно уже сообщил о победе. Они радовались, но, увидев Ланару, насупились. Уже были наслышаны о ее предательстве.

— Ведьма и маг получили по заслугам, – сказал я собравшейся на мой зов стае. – Остался только один виновный, который еще не наказан. – Я указал на Ланару. Она затравленно озиралась, пытаясь найти в толпе хоть одно доброжелательное лицо, но безуспешно. – Волк, предавший стаю, не заслуживает быть ее членом. – Я обвел взглядом оборотней – они кивали в ответ на мои слова. – Это закон.

— Она заставила меня, Джаред. Лилиан меня заставила. Она ведьма. Как и ее падчерица. Выдавала себя за сиротку, потерявшуюся в лесу, а сама шпионила. – Ланара выплевывала слова, словно ядовитые стрелы, но те не достигали цели.

Джина вышла вперед, явно почувствовав сомнение в рядах волков. Ничего не говоря, стала передавать всей стае мыслеобразы: как Лилиан отдает Ланаре бутылочку с зельем, их разговор, удовлетворение и алчность в глазах волчицы. Волки возмущенно перешептывались.

— Скажешь, что это не было? – спросил я у взвывшей волчицы.

— Она вас околдовала! Она ведьма! Она всех вас погубит!

Ланара продолжала выкрикивать угрозы и оскорбления, но я уже не слушал. Подошел к ней, заставил волка обнажить клыки и впился ими в плечо Ланары. Она взвигзнула и громко заскулила. Знала, что это означает. Все знали. Эта метка никогда не сойдет и не исчезнет. Я поставил на ней клеймо изгнания. Теперь ни одна стая не примет ее к себе. Ланаре придется жить среди людей, а оборотень без стаи не может. Жизнь его в одиночестве коротка и очень печальна.