Книга Покойтесь с миром, или я вам помогу, страница 107 – Клэр Вирго, Керри Лемер

— Вот еще, — фыркнула, — хочешь гостей? У тебя их полный склеп. Повара? У нас есть Нари. Музыканты? Пусть Чернышка воет на церемонии, или пригласи Вольфрама, он с этой задачей справится даже лучше. И вообще, хочешь пышную свадьбу, женись сам, вон, — указала на бабу Машу, — оживил, а от обязательств бегаешь.

После этих слов дед перестал пыхтеть, резко замахал руками и, кажется, снова попытался сбежать под стол, а я пожала плечами и пошла отдыхать. Этот день оказался до неприличия длинным и насыщенным на события.

ГерцогЛадран Ин Энриил «Говорящий с Луной»

Я сидел в своём кресле, в своем кабинете, в своем доме — и все равно чувствовал себя так, будто меня загнали в угол. Корнелия переиграла меня, и на этот раз я не был готов к последствиям.

Камин потрескивал. Свечи горели. На столе стоял бренди, к которому я уже дважды приложился и собирался приложиться в третий раз, потому что трезвым переносить этот разговор было выше моих сил.

Напротив меня сидел он… Каррэт!

Моя внучка — единственная, между прочим, внучка, умница, красавица, — изволила объявить, что завтра у неё свадьба.

С этим.

Я снова приложился к бренди. Легче не становилось.

— Значит, завтра, — произнес, старательно глядя в камин, потому что смотреть на самодовольную физиономию рогатого и сохранять светское выражение лица было решительно невозможно.

— Стало быть, завтра свадьба. — Повторил, и последнее слово прозвучало как приговор для нашего великого рода.

— Да, — сказал Каррэт. Голос у него был спокойный. Подозрительно спокойный.

— Замечательно, — сказал я. — Чудесно. Прекрасно.

— Ваша светлость…

— Не «ваша светлость»! — Я треснул ладонью по подлокотнику. — Ты недодемон, вот ты кто! Надо было тебя не спасать, а упокаивать, пока шанс был!

Из угла донесся тихий смешок. Я повернул голову, чтобы сказать все, что думаю, а думал я в этот момент исключительно неприличными словами, особенно для эльфа моего возраста и положения.

Мариэль сидела на диване, закинув ногу на ногу, с сигаретой в мундштуке, словно пришла на спектакль и собиралась получить от него максимальное удовольствие.

— Молчи! Не смей ничего говорить, — велел эльфийской проказе, свалившейся на мою голову.

— Я ничего не сказала, — отозвалась она с ангельским выражением лица, которого у нее отроду не водилось. Из божественного и светлого в ней была только смерть, и то, она даже ее пережила.

Я сделал глубокий вдох. Потом ещё один. Потом посмотрел на Каррэта.

— Объясни мне. Просто объясни, чем ты лучше высокородного эльфа, оборотня, дракона и даже орка? Без проклятий, без темного прошлого и братьев с наклонностями к массовым убийствам!

— Тем, — спокойно ответил Каррэт, — что моюсь чаще раза в год, не вою на луну, не завожу гаремы и не запираюсь в горной пещере?

Я открыл рот. Закрыл. Аргументы были весомыми и били по моему самолюбию. Да, я подбирал не идеальные варианты, стоило стараться лучше.

— Ваша внучка, — продолжил он всё тем же невозмутимым тоном, — ходит по кладбищам с лопатой наперевес, держит в доме штат нежити и считает это совершенно привычным образом жизни, к тому же нормальные леди предпочитают котят и собачек, и только Корнелия додумалась завести в качестве домашнего животного козу-зомби.

— Это все еще не аргумент! Она некромант, а не просто леди, пусть хоть хомяка мертвого заводит, — сказал я, но уже значительно тише.