Книга Красавица и чудовище, страница 68 – Анна Бигси, Клэр Вирго

Как только «Ландкрузер» остановился, мальчик привычно выскочил и, поздоровавшись с мойщиками, убежал переодеваться. С самого первого дня с Красновым обращались как с равным. Объясняли и показывали, что и как правильно делать, а если у него не получалось, помогали. Жене нравилась эта работа, он отлично справлялся со всем, что ему доверяли, и чувствовал себя совсем взрослым.

Алекс стоял неподалеку, наблюдал за работой парней и разговаривал с хозяином автомойки. В последнее время они часто встречались и обсуждали насущные вопросы.

— Не понимаю, зачем тебе это надо?

— Просто пацану хочу помочь, — честно ответил Гилберт и улыбнулся, заметив, как Женя усердно вытирает разводы сухой тряпкой. Он видел, как тот старается сделать все качественно, а не кое-как, чтобы быстрее закончить, и где-то на подсознательном уровне гордился им.

— Ну так дай денег, и все. Зачем мучить ребенка?

— А по-моему, ему нравится, — заметил он и, попрощавшись с хозяином, направился к машине.

Как только мальчик сел в салон и захлопнул за собой дверцу, Алекс протянул ему честно заработанную купюру.

— Спасибо, — просиял Женя, бережно сложил банкноту в несколько раз и убрал ее во внутренний карман куртки.

— Еще немного осталось.

Телефонный звонок прервал их разговор.

— Да, мам. Скоро буду, — ответил Краснов и сбросил вызов. — Алекс, нам пора, — виновато напомнил он.

— Ну так поехали.

Гилберт вырулил обратно на шоссе, постепенно прибавляя скорость. Автомобиль плавно двинулся вперед и аккуратно влился в оживленный поток.

— Ну что? Как тебе? — спросил Алекс и расслабленно откинулся на спинку.

— Мне все нравится, и ребята хорошие.

— Не обижают?

— Нет, что ты, помогают очень.

— Ну и здорово.

На несколько минут повисло неловкое молчание. Гилберт чувствовал, что ребенок хочет что-то спросить, но никак не решается.

— Спрашивай уже, — подбодрил он Женю, развеивая все сомнения и сметая последние барьеры между ними.

— Можно я продолжу работать после того как куплю коньки?

— А что ты маме скажешь? — поинтересовался Гилберт и рассмеялся такой непосредственности.

«Как у него все просто», — подумал и в следующее мгновение осознал, что так и надо на самом деле. К чему усложнять?

— Придется сказать правду, — угрюмо отозвался мальчик и тяжело вздохнул, представив, как мама расстроится из-за того, что он ее обманывал. Но с другой стороны, было чем гордиться — он не воровал, а честно зарабатывал, и не на какую-нибудь ерунду, а на жизненно важные ему коньки.

— Думаешь, она обрадуется тому, что ее сын моет машину?

— Мама говорит, что работать нестыдно. Любая работа достойна уважения.

— Она права, — выпалил Алекс и поймал себя на мысли, что впервые в чем-то согласен с этой женщиной.

— Значит, можно? — с надеждой переспросил Женя и посмотрел на Гилберта такими глазами, что у того внутри все сжалось.

— Давай так, — Алекс с трудом взял эмоции под контроль. — Коньки будут нашей с тобой подпольной аферой. Когда она закончится, тебе придется рассказать правду. И если после этого мама тебе разрешит работать, я возражать не буду, — он предложил, как ему казалось, самый оптимальный вариант.

— Договорились, — мальчик утвердительно кивнул и, радостно улыбнувшись, отвернулся к окну. В своих мечтах он явственно представлял тот день, когда наконец вырастет, станет знаменитым и обязательно купит матери все, что она захочет.